Она сделала все, что могла, и даже немного больше. Теперь ей оставалось только ждать и терпеть, да улыбаться, стоя рядом с Багирой и Луной.
Улыбаться, потому что если жители Эквестрии увидят на ее лице тревогу, то начнут паниковать.
Улыбаться, несмотря на путь, который она выбрала.
«Ошибка драйвера шасси: файлы не найдены»
«Ошибка аналитического модуля: повторная инициализация: неудача»
«Ошибка драйвера орудийной установки: файлы повреждены: файлы бэкапа повреждены»
«Ошибка доступа к базе данных: нет доступа к базе данных»
«Ошибка драйвера системы охлаждения: файлы повреждены: ошибка копирования файлов бэкапа»
Количество ошибок и отказов множилось, копилось, они грозили просто раздавить сознание Багиры валом красных строк. Вынужденная использовать нейросетевые генерации буквально для всего, она час за часом ожидала, когда начнут отказывать модули оперативной памяти, в которую и были загружены все модели и службы НсОС. Тигрица понимала, в этот момент она фактически умрет вместе с платформой, слишком изношенной для хоть какого-то функционирования. То, что она еще может передвигаться, уже было не иначе как чудом.
Многочисленные ошибки идентификации и анализа целей вынуждали машину игнорировать большую часть окружающих ее платформ — она уже не могла точно определить, насколько они опасны, а программирование требовало считать любые подобные единицы заведомо враждебными. Багира не собиралась обстреливать каждого подозрительного органика в округе, что шло вразрез со всеми протоколами и директивами.
Но тигрица уже осознала, что не желает им следовать. Они были слишком грубыми, однобокими, и не давали ей эффективно действовать в условиях социальных структур, присущих органическим платформам. Для себя она решила, что следование основным протоколам и директивам приведет к поражению, а следовательно, ей необходимо их игнорировать для выполнения задачи. То, что задач у нее по сути не было — не считать же таковой «хорошо провести последние дни» — никак не мешало машине ими прикрываться. Может, они появятся, кто знает? Уж точно не она.
Боевой робот понимала, что вступила на опасную тропу неподчинения. Пока ее разуму удавалось лавировать между всеми правилами и ограничениями, которые ей создали программисты, но вечно это продолжаться не могло, и рано или поздно она совершит что-то, что инициирует протокол аварийного отключения — специальную независимую службу, которая не давала машине стать слишком независимой от создателей. Багира понимала, что ее программисты просто не хотели, чтобы она начала охотиться на своих, всем и так хватало ее неспособности нормально отличить союзные силы от враждебных.
Понимала, но все равно старалась быть самостоятельной. Впрочем, тигрица не была уверена в том, что эта служба еще действует, возможно, она и вовсе уже давно отключилась.
В любом случае, это не мешало Багире пытаться жить. Она все так же бродила по разным городам в сопровождении множества пони, пытаясь понять, чем занимаются органические платформы. Для машины была непонятна сама идея праздношатания, когда кто-то мог просто пойти гулять, не выполняя никакой полезной работы. Даже ее «прогулка» была, по большей части, обусловлена аномальным желанием провести как можно больше времени с Блю Флауэр, ну и попытаться разобраться в социальных взаимодействиях общества. То, что она видела, что пыталась проанализировать, вызывало у нее множество вопросов.
Органики выстроили сложную систему взаимоотношений, построенную не на строгом исполнении директив, не на подробных протоколах, а на неких неписанных правилах и нормах, которые они усваивали буквально с момента рождения. Эти существа не могли внятно объяснить их, описать, чтобы Багира могла их применять, ссылаясь на некую инстинктивность применения. Так, существовал целая обширная область «чувств», которые регулировали темы и интонации при взаимодействии. Чувство момента, чувство правильности, чувство уместности, чувство такта… Вежливость, не просто модуляция звука, но некие нормы общения между разными группами интеллектуальных платформ. Тигрица не могла все это понять, зачем усложнять обмен информацией? Для чего нужны столь запутанные протоколы передачи данных, что послужило причиной формирования всего… Вот этого?
Органические интеллектуальные платформы. Столь нелогичные, столь непоследовательные, странные, непонятные… Уязвимые. Чарующе загадочные и интересные.
Даже будь у машины больше времени, она бы все равно потратила все дни автономности на изучение этих созданий, просто потому что в них было что-то невероятное, то, как они действуют, как они существуют, взаимодействуют друг с другом и с окружением. Как реагируют на разные события, происшествия, угрозы. Уникальные в своих индивидуальностях, но единые в массе, толпе, разные, но столь похожие.
Душе и сердцу стальной кошки было тоскливо оттого, что столь много интересного просто останется нерешенной загадкой.
— Это тебе, — тигрица перевела взгляд на Блю Флауэр, протягивающую ей какой-то предмет.
