— Мне повторить, или ты уже всё расслышал и это был риторический вопрос? — произнёс Дмитрий с характерной для него иронией. И ведь даже в такой ситуации не теряет присутствия духа, даже голос бодрый.
— Да нет, услышал. — с прищуром спросил я. — А они конкретизировали, что это за дочь такая и чем она занималась?
— Подробностей пока мало, знаю только, что война объявлена официально, и Викентьевы в самое ближайшее время отправят к нам свою гвардию. Как ты понимаешь, мне бы очень было кстати, если бы ты прибыл сюда в ближайшее время. Опять же, не забывай, что у нас сейчас практически нет своих гвардейцев. Ситуация на грани катастрофы…
Да уж… Новости свалились на меня, как гром среди ясного неба. Как лежал, так мгновенно и оказался в вертикальном положении, словно меня током ударило.
— Так, Дима, слушай меня внимательно, — начал я, пытаясь привести в порядок мысли. — В любом случае, сделать мы ничего путного не сможем, поэтому сейчас собирай Алису, всех, кого сможешь, и езжайте в город. Будем пока пережидать эту бурю, а там я найду возможность утереть нос этим… Викентьевым.
Дима тяжело выдохнул.
— В любом случае у нас есть как минимум три дня, — произнёс он.
Что значит три дня? Ты ведь сам сказал, что гвардейцы прибудут с минуты на минуту…
— Нам пока что только объявили войну и гвардию скоро отправят. Но по закону у нас есть положенные три дня для того, чтобы привести в порядок свои дела и подготовиться к военным действиям — по крайней мере, так велит устав. Причём они не имеют права нападать на нас в рамках этих трёх дней.
— Вот как! — выдохнул я с явным облегчением. — Целых три дня! Да за эти три дня можно что угодно сделать, хоть горы свернуть!
— К слову, если у тебя появятся какие-то идеи, учти: на нас это ограничение не распространяется, — продолжил Дима с хитрецой в голосе. — Род, объявивший войну, в рамках трёх дней обязан только защищаться и не имеет права производить действия по нападению. Но мы напасть можем! Так что если в твоей светлой голове есть идеи о том, как досадить этим чванливым засранцам, буду рад выслушать.
— Я позвоню тебе позже, — произнёс я, уже строя планы. — А пока что держи ухо востро. Викентьевы не просто так на нас напали, это точно. К слову, значит, кто-то сказал им, что у нас нет гвардии? Иначе с чего бы они так осмелели, решились на такой шаг?
— Они и так знали, что у нас нет гвардии, — хмыкнул Дима. — Тут глупо было не знать, ведь те больше года на нас не работали. Но мысль твою услышал и буду иметь в виду.
Положив трубку, я посмотрел на часы — а было уже утро. Вот это да! Во сколько я там лёг спать? Часов в шесть вечера⁈ Да… а ложился то всего на три часа. Опасно играть в такие игры с кроватью — можно и вовсе сбить режим.
Быстро отправился в ванную, плеснул на лицо холодной водой, умылся как следует. А потом, недовольный результатом, и вовсе скинул с себя одежду и залез в душ. Необходимо было ещё побриться и в принципе привести в порядок внешний вид. За эти дни я вообще не помню, чтобы менял одежду как положено.
Выйдя из ванной, разбудил свою Белку. Мелкая тут же спрыгнула на пол и начала тереться о ноги с удвоенным усердием. Затем вдруг исчезла, а уже через секунду появилась с небольшим бумажным пакетом в зубах.
— Это ещё что за новости? — спросил я с любопытством.
Внутри обнаружились блинчики, те самые, из кофейни, ещё тёплые и ароматные.
— Ты как это умудрилась сделать? — спросил я, покачав головой. Затем до меня дошло. — Вот же ты, маленькая воровка!
Но спорить не стал — ласка великодушно поделилась со мной добычей.
— Только больше так не делай, — уплетая блинчик с творогом, произнёс я строго.
Ласка сделала вид, что поняла меня, и притворно одумалась, приняв самую что ни на есть верную гражданскую позицию — больше не воровать. Ага, как же, поверил я ей!
Доедая принесённое пушистой добытчицей лакомство, прикинул предстоящие задачи. В основном все дела у меня были связаны с поместьем Пылаевых. Во-первых, следовало основательно разобраться с людьми, которых привезли из деревни Колодцы, да и с детишками тоже. А потом решить, куда их благоразумно отправить, чтобы они ненароком не попали под горячую раздачу от Викентьевых.
Но также следовало бы разузнать, когда именно из тюрьмы освобождается Медведев, чтобы встретить его как положено и не упустить.
А ещё… Я снова схватил магофон и набрал номер Мартынова.
— Константин Александрович, здравствуйте! Рад вас слышать! — голос его звучал необычайно бодро. — Неужто вы звоните, чтобы обсудить новую поставку древесины и других материалов? — Начал он сходу.
Какой он счастливый, видимо, уже успел всё распродать и заработать очень приличные деньги — иначе чего он такой радостный с самого утра?
— Нет, это успеется. Я бы хотел посмотреть тот дом, который вы для меня нашли, — перешёл я к делу.
