Христиан объяснил, что имя Бонгани в переводе на родной язык негров означает «благодарный», а Зэмба — «вера». Вот и его имя, Христиан, тоже связано с верой. Он очень верующий человек и живёт по совести. Предан принцу, принцессе, своей вере, семье и стране. Готов положить за них жизнь. Дальнейшие события показали, что это действительно так.
Отдохнув, мы поехали дальше. Лес становился все гуще и мрачнее, а дорога всё хуже. Местами она совсем заросла травою. Похоже, этой дорогой давно не ездили. Мною начали овладевать нехорошие предчувствия.
Вдруг карета неожиданно остановилась. Выглянув в окошко, я увидела, что дорогу перегородило упавшее дерево.
— Что, Христиан? Дальше дороги нет? — громко спросила я.
А Христиан ответил:
— Не волнуйтесь, госпожа Герда. Я сейчас слезу и уберу эту берёзу. Она тонкая, я один справлюсь.
Слуга спустился вниз и наклонившись, начал оттаскивать дерево. Внезапно раздался громкий свист, и со всех сторон из леса появились и набросились на Христиана какие-то люди. Я поняла, что на нас напали разбойники.
Христиан принялся храбро отбиваться. Но ему приходилось нелегко: силы оказались неравны. Сразу пятеро разбойников накинулось на него, безоружного.
Видя это, я выскочила из кареты на помощь. Схватила оказавшуюся под рукой отломавшуюся от березы толстую суковатую ветку и начала охаживать нападающих.
Я била их сзади по головам и спинам, но это не помогло Христиану. Огромный бородатый разбойник ударил Христиана в грудь ножом, и все было кончено.
Обливаясь кровью, слуга упал и его глаза закатились. Один из разбойников пнул его руку ногой, и рука безжизненно упала, как у тряпичной куклы.
— Гады! Негодяи! — начала кричать я и бросилась к телу Христиана. Мне было жаль его загубленную жизнь. Я опустилась на колени и принялась его оплакивать.
Разбойники не мешали мне. Они направились к карете и начали оглядывать свою добычу. Обнаружив сундук с богатой одеждой и кошелек с деньгами, разбойники начали радостно переговариваться между собой и перебирать вещи.
Наступил подходящий момент, чтобы бежать отсюда и спасать свою жизнь и честь. Ведь Христиану я уже ничем помочь не могла. Я тихонько поднялась с колен и кинулась в лес так быстро, насколько могла.
Но через некоторое время оказалось, что мой побег обнаружен.
— Стой! — заорал сзади, судя по голосу, тот самый огромный бородатый разбойник, который убил Христиана.
— Стой! — закричал кто-то другой противным высоким фальцетом.
Я услышала за собой громкий топот бегущих ног.
Услышав крики преследователей, я припустилась вперёд. Бежать по лесу было неудобно. Мои пышные юбки цеплялись за кусты и ветки деревьев. Но я неслась изо всех сил, не разбирая дороги.
Ценой огромных усилий мне удалось оторваться от догоняющих. Воздуха не хватало, в боку закололо. Я начала двигаться дальше гораздо медленнее.
Но вот впереди в зелёном лесу забрезжил голубоватый просвет. О, да там река! Хоть бы мне хватило сил домчаться до реки и броситься в воду. Надеюсь, мне удастся уплыть!
От появившейся надежды у меня откуда-то взялись новые силы. Я побежала быстрее. Скоро я окажусь на берегу. Спасение уже близко!
Но тут, зацепившись ногой за торчавший сук, я покатилась наземь и ударилась головой о ствол дерева. Стукнулась о сосну так, что на какое-то время потеряла сознание.
Очнулась я от того, что кто-то тряс меня за плечо. Разлепив глаза и сфокусировав взгляд, я увидела рядом с собой здоровенного бородатого разбойника.
Второй разбойник, постарше и потщедушней, с двумя выбитыми передними зубами, сказал:
— Ожила! А я уже думал, сдохла!
— Жива! — обрадованно подтвердил бородач, от которого за версту воняло потом.
Глядя на меня с довольным, предвкушающим выражением лица, он «обрадовал» меня:
— Сейчас мы с тобой позабавимся, красотка! Думаю, тебе понравится.
С этими словами он поднялся на ноги и принялся расстёгивать ширинку в своих необъятных темно-синих штанах.
— Не надо! Я не хочу! Пожалуйста, не трогайте меня. Я девственница! — взмолилась я.
Но разбойники были неумолимы. Другой, беззубый разбойник, присев возле меня, деловито принялся распутывать шнуровку платья на моей груди. От беззубого разило какой-то противной кислятиной.
— Ого, какие тут круглые и наливные яблочки! — сказал он, ухватившись костлявой и холодной рукой за мою грудь.
В этот момент я наклонила голову и как можно больнее укусила эту ненавистную руку.
— Ай! — отдернул руку старший разбойник. Из ранки сочилась кровь.
— Вот гадина! Она ещё и кусается, как змея, — сказал он, обращаясь к бородатому разбойнику.
— Сейчас я её утихомирю! — пообещал бородатый.
Он сделал шаг ко мне, и я со всей дури заехала ему ногой прямо по хозяйству, которое он успел достать из ширинки. Острый каблук моей туфли попал точнехонько по его яйцам.
Здоровяк взревел, как медведь, и повалился на землю. Хорошо что, падая, он меня не задел. Некоторое время бородач выл и катался по траве.
Пока старший разбойник пытался ему как-то помочь, я поднялась и снова бросилась бежать к берегу.