- А... о чем это я... так вот, - палец Кальвина чертил на полу остатками того, что вылилось из чайника. - Но даже в заточении я все еще думал о том, чтобы разделить этот груз. Однако я был слишком слаб в то время. И, чтобы стать сильнее, я вынужден был бежать. Я бежал и бежал все это время. А в это время груз на плечах дорогих мне людей становился все тяжелее. Настолько тяжелый, что упав, может разрушить всю землю. Это опасно, думал я и решил - что если я избавлю их от этого груза навсегда? Что если я избавлю всех дорогих мне людей от той ноши, которую они несут? Да, вот таким я был самонадеянным, - пробормотал Кальвин, растирая чаинки между пальцами. - И тогда я решился применить силу, которую нашел, чтобы помочь им. Я закричал: 'Хочу, чтобы все исчезло, не хочу этого видеть!' - я кричал такие ужасные вещи. Я понял, что вместе с грузом мои слова могут уничтожить и самих дорогих мне людей, но я уже ничего не мог остановить. Мое желание обернулось против меня. Так моя сила оказалась совершенно бесполезна. Я не способен никого спасти и изменить в одиночку. Потому, что с самого начала я был.... - Кальвин поднял взгляд, и глаза его на миг изменили свой цвет.
По комнате пронесся пораженный вздох, когда волосы его стали короче, а на плечах появилась синяя шаль.
- С самого начала я был всего лишь оружием, направленным против Вершины Древа. Поэтому... - голос Кальвина как будто раздвоился, когда он позволил Микалике говорить то же, что и он сам. Теперь под потоком комнаты звучало два голоса одновременно. - Поэтому я не могу стать вашим предводителем, правителем или королем. Однажды в попытках кого-то спасти я могу уничтожить и вас, и себя. Как-то так, надеюсь, вы все поняли...
- Дурачье!!!!!!
Вслед за этим криком на спину Кальвина обрушился шквал ударов. Соскочив с места, словно попрыгунчик, Мэй Као начал избивать его, приговаривая:
- Хочешь опозорить своего учителя?! После всего, что эти люди рассказали тебе? После того, как они униженно ползали на коленях в моем доме? И теперь жалкий мастер чая трясется как осиновый лист и мямлит, что он настолько труслив, что боится взять на себя такую ответственность?! Как я мог так ошибаться в тебе! Ты не годишься в мастера чая, и даже в подмастерья. Ты просто жалкий раб, способный лишь на то, чтобы чистить обувь!!!
- Прекратите меня избивать, прошу, простите дедушка! - пытаясь уберечься от ударов, сыплющихся на него со всех сторон, Кальвин закрыл голову руками. - Но это правда, я даже одного человека не могу спасти, не то, как я могу взять ответственность за многих людей... я... ААА!
- Ничтожество!!!
И послышался глухой звук. Когда очередного удара не последовало, он рискнул оглянуться. Между ним и Мэй Као замерла хрупкая фигурка. Велька держалась за плечо, а Мэй Као поглаживал свою бороду с задумчивым видом.
- Прошу вас, не нужно, - тихо произнесла она.
Неужели она приняла на себя удар?!
- Прошу вас, не причиняйте вреда Кальвину, он говорит правду. Вы не понимаете, как он страдает от своей силы. Но он пользовался ей, так как хотел защитить того, кто ему дорог. Эта способность опасна и ей нельзя пользоваться просто так. Как вы не понимаете, что это страшное оружие, которое нельзя использовать?! Как вы можете просить его применить ее еще раз?! Вы просто эгоисты! - закричала девушка, зажмурившись.
- Ууум, хорошо сказано, - произнес Мэй Као, опуская палку.
- Велька... - прошептал Кальвин.
- И кто же из них двоих на этот раз... - глядя на Вельку, пробормотала Гвен себе под нос.
Кальвин склонил голову, сделав тяжелый вздох.
- Вы, что дураки? - спросил он. - Добровольно лезете в петлю?
- ...
-Ага, такие же, как ты, - поддакнула Гвен. Взгляд девушки стал темным и угрожающим. - Не думай, что ты сможешь сбежать с этой горы, или королевская казнь произойдет прямо тут.
- Да понял я, понял...- хааа, - протянул Кальвин. - Ну все, у меня нет сил на это смотреть, поднимитесь уже!
Растерянные и малость приободренные смутной надеждой, все присутствующие вновь сели на свои места.
