Наши взрослые дети. Как быстро вы выросли.
А ведь мы лишь вчера из роддома вас вынесли…
Пролетели года, пронеслись – не воротятся.
И уж дочки-сыночки о мамах заботятся.
Наши девочки-бантики, наши мальчики с танками,
Совсем скоро вы станете мамками-папками.
И опять жизнь сначала, только мы уже бабушки…
Вяжем внукам носки и печём им оладушки.
Наши взрослые дети… Как быстро вы выросли…
У меня соседка Люсенька.
Прелесть просто, а не девочка.
У неё глазёнки-бусинки,
Глазки "всё-всегда-хотелочки".
.
Вот во двор выходит Люсенька
Там малыш сидит в песочнице.
Посмотрели глазки-бусинки –
"Ой, и мне в песочек хочется!"
В магазин заходит с бабушкой.
Бусинки, скользнув по полочкам,
Зацепили пряник радужный –
"Ой, бабулечка, что ЭТО там?"
В "Детский мир" пришли с девчушечкой,
Глазки в пляс!
"Ох, красотища то!!!"
"Хочу платьице! ТО, с рюшечкой!"
Расстаётся мама с тыщею…
Цепкий глаз у этой девочки!
Захватил что – покупается…
И на все её "хотелочки"
Мама мигом отзывается.
Если ж на "хочу" нет рублика,
Есть у Люськи трюк проверенный –
Слёзы градом вмиг на публику!
"Купят! Я ж в себе уверена!"
.
У меня соседка Люсенька.
Избалованная девочка.
У неё глазёнки-бусинки.
Глазки "всё-всегда-хотелочки"…
– Петька, ты чегой-то замороченный?
Петька зыркнул, ухо почесал,
Пятерней пригладил чуб всклокоченный
– Я во сне… ну это… ДОМ видал.
– Чё ты брешешь?! Ты ж, как все, подкидыш!
– Мамки с папкой нету у тебя!
– Глянь вокруг! Ну чё ты видишь?
– Ты детдомовец! Вот вся твоя семья!
Но он верил. Нет, он чувствовал.
Чувствовал? Да нет, он точно ЗНАЛ!
ДОМ тот настоящий, не придуманный.
А детдом родным ему не стал…
Где-то точно люди есть особые,
Именно они его семья.
Нежные, заботливые, добрые.
МАМА с ПАПОЙ. Может БРАТ, СЕСТРА…
***
– А в больничке то, в соседнем городе,
В отделении для психбольных,
Почитай последних лет 5 вроде,
Женщина лежит… Совсем не псих.
– Так чего лежит, коли здоровая?
– Как сказать? Блаженная она…
Мать у ней, дурында бестолковая,
Как она мальчонку родила,
Никого с семьи не слушая,
Сваво внука в детский дом снесла!
И прямо у дверей его подкинула.
Дочь искать, да где там… – Вот дела…
– Вот, на этой почве "крыша съехала".
День и ночь "сыночек мой, сынок"…
Мать из города того хоть и уехала,
Только всё зазря… Один итог…
– А в больнице то чего ж, не с мамкою?
– Так она пять лет, как умерла…
Некому следить стало за бабою,
В псих пристроили. – Ой батюшки, дела…
Две души, два сердца, две кровиночки
Верят, чувствуют, нет, ЗНАЮТ, ждут,
И живут в разлуке ПОЛОВИНОЧКИ,
Заплатив за бабушкин "уют"…
– Пётр Найдёнов, шаг из строя!
Тут тебе письмо из дома…
– Я детдомовский. – И что же?!
Лейтенант взглянул сурово.
– Дом тебе не мамка-папка!
Дом родной тот, где ты вырос!
Петька скомкал нервно шапку
– Есть! – Откудова ты вынес,
Кто ты есть, чего умеешь,
Чем живёшь, о чём мечтаешь,
Что ты в этой жизни стоишь!
Вот, что ДОМ! Ты понимаешь?!
– Есть! Так точно! Я всё понял!
То есть, я всё понимаю…
Взгляд на лейтенанта поднял
– Кто мог написать, не знаю.
Взял конверт. Детдома адрес.
Почерк вроде бы знакомый.
От кого – В.П. Гонсалес.
Это ж Верочки Петровны!
Ну конечно! Кто ж ещё то?!
Кто ещё ему напишет?!
Только всё же странно что-то…
От волнения еле дышит.
"Петенька, как обещала,
Я пишу тебе с отчётом.
Петь, я маму разыскала…"
Хоть и верил, ШОК! Чего там…
***
Нянечкой была в детдоме
Уж лет тридцать Вер-Петровна…
Но трудилась не за славу,
По своей любви огромной.
И она, ребят жалея,
Всех родителей искала.
Если всё же находила,
Адреса им присылала.
***
Странно, это же больница…
Может врач иль санитарка.
Мимо лица, лица, лица….
Петьке от волнения жарко.
– Я ищу Светлану Щерба.
Вот, мне адрес этот дали.
– Есть у нас такая в "нервном".
Но контактная едва ли.
– Это как? Не понимаю?
– Ну, она молчит обычно…
Сколько лет её я знаю.
Для неё молчать – привычно.
А из слов "сынок, сыночек",
Если уж разговорится.
И всегда в руках кулёчек.
С ним встаёт, и с ним ложится.
***
Кабинеты. Разговоры.
– Я ей СЫН! – Я зав. больницей!
Объясненья. Крики. Споры.
Снова лица, лица, лица…
Справки. Выписки. Бумажки…
И свидетели былого.
От "нарытого" мурашки.
– Внука… своего… родного…
***
Дверь палаты номер восемь…
Распахнул. Увидел. – МАМА!
– СЫН! СЫНОК! – кулёк отбросив –
– Я же верила… Нет, ЗНАЛА!
– Пётр Иваныч, там Наташка…
– Витя, стоп! Давай сначала.
– Петр Иваныч, там Наташа
Олю сильно раскачала!
– И… И что же с ней случилось?
– Она бух, и прям упала!
И кажись того… разбилась…
И коленку разодрала!
– Ну, пойдём проверим Олю…
Так, что тут? Чуть-чуть царапин.
Щас мы грязь водичкой смоем
И зелёнки пару капель).
Петька. Пётр. Пётр Иваныч…
Медосмотр проводит справно.
И не нянька он, а Няныч.
Для ребят он самый главный.
После армии, взяв маму,
Он в родной детдом вернулся.
Поступил в "пед" на вечерний.
И в работу окунулся.
А девчонки и мальчишки
В Няныче души не чают.
Он читает на ночь книжки,
На вопросы отвечает.
Пётр теперь, как Вер-Петровна,
Ищет мам и пап ребятам.
Иногда находит даже
Их сестричку или брата.
Мама с ним, и тоже в няньках.
Тоже родственникам пишет.
Петя дом построил, баньку.
Вот хозблок подвёл под крышу.
В общем, всё у них в порядке!
Мама выздоровела вскоре.
Со здоровьем неполадки
