– Вот уж нет, – покачала головой Эрин. Идея сунуться сюда отчего-то казалась совсем уж дурной, а находиться в одном помещении с Мерионом и вовсе…
Она невольно потянулась к своему ножу, сжала рукоятку. За этим движением проследили внимательно, прищурились, но оставили её возню без ответа. Разве что ухмылочка на лице появилась и тут же исчезла, спрятавшись за типичным фейским лицом невозмутимой и красивой статуи.
Мерион красив, этого отрицать нельзя. И фейри из него куда лучше, чем из Эрин, что признавать вовсе не обидно.
– Да брось, я вполне понимаю с первого раза.
– Раньше не понимал, – слова вырвались прежде, чем Эрин успела даже о них подумать.
Мерион нахмурился, затем вернул лицу прежнее выражение. Внутри что-то неприятно царапнуло, но Эрин постаралась не подать виду.
– Дела прошлые, Эринвейн. Проходи, выпьем чаю. Приму это за извинение, а заодно послушаю, почему же я так срочно должен уезжать из Синтара. Мне здесь нравится, между прочим.
– Я не собираюсь перед тобой извиняться. Просто уезжай, если хочешь выжить.
– Мне что-то угрожает?
«А то ты не знаешь, – мрачно усмехнулась про себя Эрин. – Шай до сих пор припоминает хруст твоих костей и печалится, что не добил тебя прямо в участке. Мол, Дориана пожалел, тому пришлось бы писать кучу отчетов».
– Да уж найдётся.
Мерион вопросительно дёрнул бровью, но вышло весьма фальшиво – он и сам всё прекрасно понимал.
– Проходи.
В запястье вцепилась чужая рука, впрочем, и вполовину не так сильно, как в их первую встречу – очевидно, Мерион вполне справедливо полагал, что Эрин нажалуется Шаю или Тангриму.
А Эрин нажалуется. Герой из неё никакой, а избавляться от врагов нужно быстро и без сожаления, чтобы не выползли из своих нор в самый неожиданный момент.
– Проходи, – повторил Мерион, и Эрин, вздохнув, всё же вошла в его… нору.
Фейская хибара оказалась довольно чистой и светлой, простенькой, но не из дешёвых. Видимо, Мерион всё же нашёл пристойную работу здесь, в Синтаре, и мог себе позволить что-нибудь получше комнаты под крышей в пропахшем рыбой трактире. Ну или спутался с Найри-ши – тот слаб к трепетным фейским красавцам, а Мерион целиком в его вкусе. Эрин тоже, однако нож и упоминание близкого знакомства с Арманом напрочь отвратили от неё Принца Теней. Жить и здравствовать хотелось всем.
Мерион и впрямь пошёл ставить на огонь чайник, затем принялся заваривать травяной чай в пузатом заварнике. Ну прямо порядочный гражданин Синтара, принимающий гостью. А вовсе не мудак, который…
Эрин тряхнула головой – вспоминать те времена не хотелось, распивать чаи – тоже, а потому она вновь попыталась образумить своего, прости Хладная, бывшего.
– Мерион, послушай меня. Прислушайся и сделай, что я прошу – уезжай отсюда. Немедленно. Попроси приказчика собрать твои вещи и отправить в Крагеннан или куда-нибудь ещё, а сам иди к ближайшему порталу и убирайся отсюда. Я серьёзно.
Мерион вздохнул, выставил перед ней чашку – небольшую, с золотым ободком по белоснежному краю.
– Честно сказать, я и сам подумывал об этом, – вдруг проговорил он, и Эрин удивлённо посмотрела на него. Мерион кивнул куда-то в сторону, и она послушно повернула голову туда. В углу небольшой гостиной притулился внушительных размеров чемодан. – Знаешь ли, не слишком приятно жить там, где тебя жаждут убить коммандер полиции и одна пернатая скотина.
Эрин прищурилась – оскорбление в адрес Шая ей не понравилось. Но она стерпела. Только зубами скрипнула и всё же взяла в руки чашку с горячим ароматным чаем.
– Ты сам виноват, – напомнила она, сделав небольшой глоток. – Не стоило распускать руки.
– Это я от чувств, – оскалился Мерион. Его глаза, холодные и красивые, следили за ней неотрывно, будто изучали. – Правда, что Дориан Тангрим – твой папаша?
– Я думала, это очевидно.
– Пожалуй, да, – согласился он. – ты похожа на него. Знаешь, всегда было любопытно, в кого ты такая хорошенькая?
– Ты никогда не считал меня «хорошенькой».
– По фейским меркам – нет. Ты всегда была этаким гадким утёночком, но знаешь что? – Мерион протянул было руку к её лицу, но быстро одумался и отдернул. – Мне всегда казалось, из тебя вырастет что-нибудь интересное. В какой-то степени, я даже был… очарован тобой.
Эрин закатила глаза – все эти сказочки стоило бы оставить для какой-нибудь другой дуры. Не для той, кто на себе ощутила всю степень этой… очарованности.
– Ты был жесток со мной. Всегда. Хотя я верила тебе и была влюблена. Впрочем, – она поднялась, – то дела минувших дней, и вспоминать я о них не желаю. Если уж ты и впрямь собираешься покинуть Синтар, мне здесь делать…
Перед глазами вдруг потемнело. Примерно так бывает, если принять плохо сваренное дурманящее зелье. Эрин резко втянула носом воздух, вцепилась в спинку стула, стоящего рядом. До вмиг помутившегося сознания начало доходить.
«Дура, какая же дура…»
– Ты… отравил меня? Ты сказал, что…
– И не соврал.
