Кстати говоря… Может, в следующей раз попробовать выпросить у Куросаки атомную боеголовку? Одна или две погоды не сделают, — в прямом смысле, атомную зиму вызвать, вроде, недолжны, — но зато сильно проредят армию ледяных монстров.
В любом случае сперва следовало задержать первую волну вторжения.
Я спустился ещё немного ниже, на высоту, на которой знаменосцы и титаны напоминали оловянных солдатиков — которых ушлый ребёнок интереса ради сунул в морозилку, — и, медленно проплывая небесную гладь, стал вести подсчёт.
Дело это было не самое веселое. Оно требовало определённой усидчивости, в основном потому, что противник постоянно перемещался. Несколько раз я едва не сбился со счёта — спасала моя великолепная память.
В итоге расчёты заняли весь день. С наступлением вечера я приземлился на горную вершину и серьёзно задумался.
Ледяных зомби я не считал — это было бессмысленно. Големов — тоже. В основном я замерял количество колоссов, сила которых разнилась между шестым и восьмым рангом, и Знаменосцев. Первых было в районе пяти сотен; вторых — двенадцать. Не так и много на самом деле, если забыть, что каждый из них был почти божеством, и что сопровождали их многие миллионы прочих ледяных монстров.
Мне ещё предстояло узнать, сколько воинов смогут собрать объединённые человеческие королевства. Времена были тёмные, средневековые, и подчитать этот момент было довольно проблематично, но даже в самом лучшем случае ожидалось не более семидесяти тысяч вооруженных солдат.
Я не имел ни малейшего понятия, как они проявят себя в битве против такого противника.
Наконец я развернулся и стремительно полетел в сторону Парнаса.
По прибытию на место я более пристально проверил наши приготовления. Всем солдатам были выданы плотные меховые одёжки, которые хотя и стесняли их на поле боя, позволяли избежать обморожения. В казематах древнего города лежали сотни тонн угля и древесины. В каждой казарме стояло несколько печек, которые должны были обогревать воинов, когда настанут лютые морозы.
Все эти меры с одной стороны защищали город от наступающего хлада, превращая его в тусклый уголёк посреди стремительного леденеющего поля, а с другой делали своеобразным магнитом для наступающих легионов белого хлада.
Я тоже не сидел сложа лапы. Стабильность этого мира, к счастью или несчастью, была довольно низкой, а потому я мог позволить себе достаточно щедро использовать свою ману. Создать волшебную армию, как в своё время это сделала принцесса, было невозможно — простейшие законы волшебства не позволяли обыкновенному волшебнику иметь больше определённого количества фамильяров (в итоге я призвал трёх Высших Пламенных Элементалей, каждый из которых обладал силами примерно Восьмого ранга), но были и другие способы усилить человеческую армию.
День и ночь я накладывал особенные чары на оружие, которые придавали последнему волшебные свойства, варил эликсиры и так далее, и тому подобное. Всё это разумеется происходило при посильной поддержке моей паствы.
Дел было настолько много, что, погрузившись в них с головой, я совершенно не замечал течения времени. Я не спал, — разумеется — только работал. Если бы в этом мире существовали термометры, я, быть может, повесил бы такой на стену своего храма, чтобы точно следить за приближением белого хлада; их не было, и ориентироваться мне приходилось исключительно на собственные ощущение и на всё возрастающие слои одежды на служителях храма, которые приносили мне донесения.
Наконец пошёл снег.
Я лежал в своём храме и восстанавливал ману, когда сверху посыпались мягкие белые хлопья.
Приподняв голову, я посмотрел на волнистое серое небо.
Время…
Пришло.
…
…
…
Как ни странно, первыми показались не титанические фигуры знаменосцев, не ледяные зомби и не големы, но гоблины. Именно их отряды первыми нагрянули на человеческие рубежи.
За последние годы, вместе с развитием магии, эти создания удалось приструнить и отвадить от регулярных набегов на человеческие земли. Тем не менее, сами северные горы прямо кишели этими монстрами. Солдаты, которые отправлялись на разведку, докладывали о вдоль и поперёк изрытых горных вершинах, которые представляли собой их гнёзда.
Разумеется, вместе с похолоданием, а затем наступлением ужасающей ледяной армии, у гоблинов не осталось выбора, кроме как двинуться на юг.
Люди готовились встретить намного более неистового противника, а потому маленькие твари получили серьёзный отпор. Тем не менее, их действительно было много, они были хитрыми и ловкими, а потому представляли собой определённую проблему.
Тратить на неё силы было неразумно, а потому было принято решение, — мной — попытаться с ними договориться. К этому времени люди научились приручать отдельных гоблинов — так почему бы не приручить целую армию? Тем более, что серые твари были достаточно умными, чтобы увидеть выгодное предложение.
