– Может быть, – произнес Арш задумчиво, – его страх почувствовали все, а это подозрительно.
На последнем слове в комнате материализовалась Храни, пышущая гневом. Вот и попалась хвостатая зараза.
– Храни, милая, тебя-то мы и ждали, – воскликнула притворно радостно, сложив ладони лодочкой у груди, чем сбила ее воинственный настрой. Она нервно оглянулась и прищурилась.
– З-зачем? – спросила она, заикаясь.
– Как зачем? – округлила глаза и приоткрыла рот. – Я тут вспомнила, что меня так и не приняли в род, а показать древо можешь только ты.
– А, ты про это, – расслабляясь, ответила она, – можем исправить прямо сейчас, но потом у нас с тобой будет серьезный разговор, Ариадна.
– Будет, ты права, – улыбнулась ей уголком губ, посмотрев внимательно, из-за чего она дернулась, но быстро взяла себя в руки, а я решив добить, добавила: – Мужья идут со мной. Они часть моей семьи.
– Но… – протянула Хранитель, наткнувшись на мой упрямый взгляд, подняла лапки и захлопнула рот. Есть вещи, в которых она не может мне отказать, как бы того ни хотела.
Посмотрела на своих мужей, что притворялись святыми наивными мальчиками. И я, быть может, и поверила, но после того экстремального подъема хорошо знаю, на что они способны.
Почесав лапой макушку, Храни посмотрела на окно и вздохнула, будто прощалась с вольной жизнью. Словно нехотя полетела в сторону двери. Обернулась и, посмотрев на меня, сказала:
– Порталом туда нельзя перенестись, поэтому идите за мной. Посмотрим, пропустит ли родовая защита твоих истинных.
Мы дружно кивнули, мужчины переглянулись, словно могли передавать мысли на расстоянии, и решительно шагнули за Хранителем.
Шли мы не так уж и долго, мне больше казалось, что нас специально водят кругами, дворец огромен, и изучить я успела только жилую его часть. Сейчас мы спустились в подвалы и чем ближе подходили к нашей цели, тем воздух становился все более влажным и теплым. Дворец стоит на скале, это я поняла, еще когда мы начали спуск по каменным монолитным ступеням.
В воспоминаниях мамы это место существовало, но в сознательном возрасте она тут не была ни разу. А я представляла себе древо в виде артефакта. Стены, на которую наносились имена с помощью магии или какого-то ритуала. То, что это будет действительно дерево, стало неожиданностью.
Среди каменных стен, под открытым небом стояло сухое дерево с одной еле живой ветвью. Как так получилось, что мы все время спускались, а вышли на горную вершину, в которой образовался провал, понять так и не смогла.
Мужья молчали, удивленные не меньше меня, а Храни была печальна. Села у самого основания древа и опустила голову, в ее глазах застыли непролитые слезы. Говорить тут что-либо было лишним. Хотелось подойти и обнять, чтобы каждая веточка ожила, а на ветках выросли молодые и сильные листья. Закрыла глаза и словно по наитию обняла ствол, прижавшись всем телом. Магия хлынула из меня, окутывая в кокон все дерево. Испугавшись, хотела отпрянуть, но меня словно прилепило, а на душе разлилось тепло. Словно пришла домой, так хорошо было на душе. Наслаждалась ощущениями, такими знакомыми, но словно забытыми.
Над головой послышался шелест, пахнуло молодым листом, который только что проклюнулся. С удивлением распахнула глаза и увидела живое и полное силы дерево с огромной кроной, сквозь которую пробивались лучики солнца. Сделав шаг назад, счастливо улыбнулась.
– Род принял тебя, Ариадна, – произнесла Храни, в ее глазах была искренняя радость, – это многое меняет.
– О чем ты? – погладив рукой ствол дерева, спросила у нее.
– Здесь не место для разговора, – покачала она головой, – лучше подведи к древу своих мужей, познакомь.
Обернулась к мужьям и протянула им руки. Дариус шагнул первым и протянул руку к ветви, что свисала прямо перед лицом. Листочки зашевелились и прямо на моих глазах обвили запястье демона, притягивая к стволу. Огненная магия пробежалась по листьям, не причинив им вреда, а листики приобрели красный оттенок.
С Аршем все повторилось, только по листьям прокатился песок золотистой пыльцой и улетел в небо. Габи сам шагнул и обнял дерево, за что веточки погладили его по голове, давая понять, что ему приятно. Легкий ветерок взъерошил всю крону, растрепав листики.
Погладив в очередной раз ствол дерева, тихо прошептала:
– Спасибо.
Получила легкий шлепок веткой по попе, другой меня подтолкнули в объятья мужей, и если бы оно могло говорить, то мы бы наверняка услышали сейчас смех. Дариус с радостью притянул меня в свои объятия, и мы направились обратно.
Всю дорогу до покоев Храни была задумчива и молчалива, что для нее не свойственно. Меня же переполняла энергия. Хотелось творить или вытворять, так и не смогла определиться. Мужья молчали и тоже были задумчивы. Обратный путь пролетел как один миг, но эйфория схлынула, как только мы переступили порог гостиной.
– Сядь, Ариадна, – произнесла Храни, вильнув хвостом, уселась в кресло, сложив лапки на пузике. Смотрелось это умилительно, но улыбаться не хотелось. – Времени у нас не так много.
