Лицо его было напряженным, глаза прищуренными, волосы слегка растрепаны ветром. По его взгляду можно было определить, где стоял Рой, где было то черное, зловещее дуло, в которое Эдгар перед смертью смотрел.
Ричард натолкнулся на невидимый шар застывшего воздуха. Он стукнул в него кулаками, сначала тихо, потом всё сильнее и сильнее… потом он опустился на колени и уткнулся в холодную землю лбом. Шар был непробиваем. И в нем стоял его внук, его маленький мальчик, замороженный в глыбу льда.
Квартирка у Кси состояла из одной комнаты, в ней же располагалась кухня, из мебели были только диван и широкий стол, но котором было навалено все, что можно. Перед его выпиской Зела привезла пылесос и хоть немного привела в прядок это запущенное жилище гения.
— Ну как? — спросила она с гордостью.
Ей было уютно и спокойно здесь, и ничуть не раздражали ни бедность, ни теснота, ни творческий бардак.
— Чисто, — заметил Кси.
— Ты не представляешь, сколько я отсюда вывезла!
— Хорошо, что не ввезла. Мне ничего лишнего не надо.
— Пара кресел бы не помешала.
— Ла, если ты начнешь с кресел, ты закончишь антикварным гарнитуром, последней моделью монокара, роботом, светообоями… а потом и эту комнату поменяешь на виллу у моря.
— А ты, как всегда, ничего от меня не хочешь, — вздохнула она.
— Хочу, — сказал он.
— В самом деле?! — изумилась она, — чего же?
— Чтобы ты сыграла в моей пьесе.
— Кси! — она разочарованно отвернулась, — опять я для тебя только муза?
— Послушай, — он снял куртку и сел на диван, — у тебя в жизни было столько мужчин, которые что-то от тебя хотели! Неужели тебе это еще не надоело?
— Они — это не ты, — грустно улыбнулась она, — ты совсем другое дело, Кси.
— Это я знаю. Я гений!
Зела задвинула занавески и включила свет. Заварила чай, разогрела слоеные пирожки в печке, сполоснула запылившиеся чашки. Ей нравились все эти немудреные действия, нравилось чувствовать себя другой, совсем простой женщиной, которой ничего не надо и от которой другим тоже ничего не надо.
— Дома все-таки лучше, чем в больнице, — заключил Кси после беглого осмотра своей обители.
— Если б ты еще и следил тут за своим здоровьем! — добавила она.
Он только развел руками.
— Это невозможно.
— Почему?!
— Потому что каждый день нужно проживать как последний. Иначе ничего не сочинишь, и не будет никакого вдохновения. Какие уж тут заботы о здоровье?
— Неужели всё так ужасно, Кси?
— Всё так прекрасно.
— Тогда это буду делать я.
— Ла, не превращай меня в инвалида!
Они ели прямо на диване, с подноса, на столе места не было. Болтали, обсуждали пьесу, перешли к поправкам. Зела не собиралась это играть, ей не хватило бы мужества, но были куски, которые ей хотелось изменить непременно.
Героиню звали иначе. Кси вообще не проводил прямых аналогий. Зачем, если все и так поймут?
В первом действии она была рабыней. Не продажной женщиной, как пыталась теперь выставить ее молва, а вещью, которую любой мог купить. При этом каждый видел в ней только красоту и ничего больше. Зела настояла, чтобы Леций обязательно выделялся из этой толпы. Его она любила.
Второе действие было скорее о переселении аппиров на Пьеллу. В нем героиня попадала на другую планету, встречала там мужчину своей мечты, представителя совершенно другого мира и других отношений. И было просто невероятно, как они все-таки оказались вместе, несмотря на кучу вселенско-космических и чисто житейских недоразумений. Ричард, как всегда, выглядел героем, а она слабой, глупой, нервной, до предела закомплексованной женщиной. Но во всяком случае, было ясно, что замуж она вышла не ради карьеры и не по расчету.
Зела грустно перелистывала второе действие своей жизни. Ричард был потрясающий мужчина, ей безумно повезло, что она когда-то встретила его, что он ее полюбил… но это было так давно! Она устала от его совершенства, от его силы, его самодостаточности, устала от этой долгой-долгой сказки о великой любви.
Он тоже устал и даже раньше, чем она, не хотел ее видеть, не хотел знать, что с ней происходит, ничего не хотел. Наверно, они любили друг друга слишком страстно, и теперь сгорели оба.
— Вот здесь он сказал не так, — указала она на место в тексте, — здесь он просто сказал:
«Мне не нужны наложницы». И я поняла, за кого он меня принимает.
— Умеете вы друг друга запутать, — усмехнулся Кси.
— Это было давно, — нахмурилась она.
— Сейчас то же самое. Вместо того, чтобы сесть и поговорить обо всем, бегаете друг от друга как зайцы.
— Ты думаешь, это так просто, сказать ему, что я люблю другого?
— А то он не знает!
— Знает, конечно. И пальцем не пошевелил, чтобы что-то исправить! Ему всё равно!
— А я предупреждал, — насмешливо посмотрел Кси своими темно-серыми глазами, — что я не подходящий объект, чтобы вызвать ревность твоего мужа.
— Дело не в тебе. Я просто давно ему надоела.
В третьем действии героиня была успешной актрисой и счастливой женой. Началась обычная семейная жизнь. Конца у этого действия не было.
— Чем же ты закончишь? — спросила Зела с любопытством.
— Не знаю! — лениво откинулся на спину Кси, — а как ты сама хочешь?
