Брат с сестрой пробежались на лыжах по парку. За калиткой в холодных лучах зимнего солнца сверкали поля, покрытые снежным настом. Лыжи сами несли вперед к чернеющей кромке леса. Володя прокладывал лыжню. Оля легко скользила за ним.
Миновали деревню Кокушкино. Убогие избы закопались по окна в сугробы, нахлобучили белые шапки снега. Из труб столбом валил желтоватый дым: избы топили соломой и навозом. Одинокие ветлы уныло раскачивали голыми ветвями, щетинилось сухое жнивье из-под снега.
Володя поджидал Олю у опушки. Воткнув палки в снег, он смотрел на избы, в которых притаилась невеселая жизнь.
Оля подбежала к брату, запыхавшись, затормозила и, все еще углубленная в свои мысли, стала чертить палкой по снегу. Потом взглянула прищуренными глазами на большое красноватое солнце, клонившееся к западу.
- Вот мы вместе с Землей завершаем очередной путь вокруг Солнца, сказала она задумчиво, - и, глупые, надеемся, что следующий круг принесет нам счастье. Земля крутится, крутится вокруг Солнца, как клубок, а счастья людям нет.
Володя молчал.
- Скажи, Володя, - повернула она лицо к брату, - будет ли настоящий Новый год, такой праздничный день, с которого у людей начиналось бы счастье, когда все беды останутся позади?
- Должен быть, - ответил Володя. - Я сам после смерти Саши не перестаю думать над этим, и кажется... кажется...
- Ты что-то знаешь? - схватила Оля за рукав брата. - Скажи!
- Нет, еще не совсем знаю... Но я привез из Казани книги Карла Маркса, удивительные книги! В них с математической точностью доказывается, что человечество найдет себе путь к счастью.
- А кто этот Карл Маркс?
- Великий ученый. Он умер пять лет назад, но жив его друг Фридрих Энгельс, который работал вместе с ним. Осталось его учение. Я пока прочитал только одну книгу - "Коммунистический Манифест" и читаю вторую - "Капитал". А написано им очень много.
- Давай изучать вместе! - горячо воскликнула Оля.
- Только изучать мало. Будем знать ты да я, а что мы вдвоем можем сделать? Карл Маркс учит, что самый передовой класс человечества пролетариат. Но нужно, чтобы рабочие поняли свою силу, объединились, и тогда они смогут сокрушить старый мир. "Коммунистический Манифест" завершается словами: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" Ах, как много надо знать и уметь, чтобы применить это учение в жизни! - вздохнул Володя.
- Ты мне дашь эту книгу?
- Да, только... - Володя приложил палец к губам. - Эти книги запрещенные. В Казани есть кружки, где их читают, обсуждают. Хорошо бы перебраться в Казань... - Володя помрачнел. - Но это невозможно.
Багровое солнце наполовину скрылось за горизонтом. Галки с криком носились над деревней, собираясь на ночлег.
- Пора домой, - спохватился Володя, - мамочка, наверно, волнуется. Мы с тобой совсем загулялись, хотя прошли не больше двух верст.
- Нет, мы сегодня прошли с тобой очень много, - ответила Оля.
Мария Александровна не спала всю ночь. Как помочь детям получить образование, выбраться на дорогу?
Она стала все чаще уезжать в Казань. Писала прошения, просиживала многие часы в приемных губернатора, попечителя Казанского учебного округа, жандармского управления. Просила, требовала, чтобы детям разрешили переехать в Казань, жить вместе с ней, матерью.
Однажды в осенний день вернулась в Кокушкино усталая и счастливая: получено разрешение на переезд всей семьей в Казань.
Володя с утра до вечера сидел теперь в своей комнате-кухне за книгами. Столом ему служила плита, застеленная газетами. Иногда к нему пристраивалась и Оля. По вечерам Володя уходил в библиотеку и нередко возвращался домой далеко за полночь взволнованный и словно светился изнутри.
Мария Александровна не спрашивала, где был, только иногда, обняв его за плечи, тихо говорила ему:
- Будь осторожен. Будь осторожен во всем.
Однажды он вернулся из библиотеки раньше времени, схватил Олю за руки и закружил по комнате.
- Ты будешь учиться, будешь!
- Где? - спросила оторопевшая от радости сестра.
- В Гельсингфорсском университете. Туда принимают и женщин, но... для этого надо изучить шведский язык.
Немецкий, французский, английский и латынь Оля знала. Она готова была немедленно приняться и за шведский, но где найти учебники или преподавателя?
Стали искать в Казани шведа, хотя и мало надеялись на успех.
Вскоре нашелся финский студент. Он изучал в Казани родственные финскому языки - мордовский и марийский и, как все финские студенты, владел шведским.
- Я буду готовиться на медицинский факультет, - решила Оля.
И началась упорная работа.
Оля блистательно сдала экзамены за музыкальное училище и с головой ушла в изучение шведского языка.
- Я уже по-шведски сны вижу, - призналась как-то она.
Оля и спала со шведским учебником под подушкой. На руке у нее всегда висела связка карточек со шведскими словами, которые она, даже гуляя, перебирала, как четки, и проверяла свои знания.
