– Уверяю тебя, у него для этого были все основания, – сказала Найлин, оправдывая Астора. – В нашем мире имя Иерра звучит, как приговор. Все ищут ее потому, что она единственная оставшаяся в живых жрица Арего, способная перемещаться между мирами. Но Фаруэ интересовал не только этот почти утерянный секрет. Король Азарада искал ее для того, чтобы жениться на ней и завладеть Сафиром на законном основании. Ты видел его сегодня, он стоял в тронном зале возле окна.
Когда Мевир продолжил свой рассказ, Найлин заметила, что слова даются ему с трудом. Он говорил о том, как Проклятые появились на свадебной церемонии, с болью в голосе сказал о том, что на его глазах погиб отец.
– В тот момент я не понимал абсолютно ничего, было лишь желание повиноваться воле Камня. Чувство безысходности накрыло потом – когда я осознал, что он погиб по моей вине, – грустно произнес Мевир.
Он на некоторое время прервал свой рассказ, и тишину нарушила Найлин.
– Прими мои соболезнования, – сказала она. – И вот, что я тебе скажу: конечно, я не могу судить тебя или, наоборот, оправдывать, но исходя из того, что ты рассказал, этот Камень – действительно сильный артефакт. Бездействовал ты по его воле. А твой отец умер, как герой, защищая своего околдованного сына с мечом в руках. Он умер с честью, как воин. Я могу лишь посоветовать тебе не принижать его подвига своими бесплодными сожалениями и самобичеванием.
Мевир с удивлением смотрел на чародейку. Ее слова растеклись у него в душе, словно благотворный бальзам.
– Что произошло потом? – спросила она, не желая останавливаться на этой теме надолго.
Мевир рассказал ей о том, как его тело захватил Цейран.
– Это было невыносимо: своим голосом я отдавал приказ уничтожить Яр-Фанис. Я осознавал все, но ничего не мог сделать. Иерра, судя по всему, придумала какой-то план. Я так думаю, потому что когда мы сюда переместились, Камня у меня уже не было, и Цейран очень испугался. Он переместился в тело Иерры, и она исчезла. Думаю, Цейран отправился искать Камень. Больше я ничего не знаю: ни о судьбе своего города, ни о том, что с Иеррой. Я надеюсь, что теперь ты мне поверишь и поймешь, что она в крайне опасном положении.
– Сама Иерра точно не справится. Она могла колдовать только на весьма простом уровне, и не думаю, что за прошедшее время что-то сильно изменилось: учить-то ее было некому. Хотя… в такой ситуации и опытный колдун растерялся бы – слишком уж необычная это магия. Ни разу не слышала, чтобы кто-то воплотил такое в реальности.
Найлин встала и прошлась по комнате.
– Что ж, теперь я, по крайней мере, понимаю, откуда в тебе магия. Чародеи сразу узнают друг друга. Но я не почувствовала, что ты чародей, а магические способности у тебя обнаружились. С магией связан и барьер у тебя в сознании, и я не смогла незаметно прочесть твои мысли. Наверное, твой внутренний «жилец» оставил тебе кое-какие способности. Не знаю, останутся ли они у тебя навсегда или исчезнут со временем – это область совершенно неизученная.
– Ты веришь мне? Ты поможешь мне вернуться? – спросил ее Мевир.
– На первый вопрос мне хочется ответить утвердительно, – начала она. – А на второй скажу лишь, что это не в моих силах. За Иеррой потому эльфы и охотятся, что ни у кого больше нет возможности перемещаться между мирами. Это была тайна жрецов Арего, которую они унесли с собой в могилу. После того, что ты мне рассказал, я места себе не найду, беспокоясь о Иерре. Но я действительно не знаю, что мы можем сделать, находясь здесь. Ни один чародей не может перемещаться в другие миры.
Ее слова стали для Мевира ударом. Он рассчитывал, что, убедив Найлин в правдивости своих слов, он сможет рассчитывать на ее помощь, и не думал, что она окажется не в состоянии помочь. Мевир осознал, что оказался запертым в чужом мире.
====== Глава 37 ======
Велор сидел на скамейке и задумчиво курил трубку. Он думал о том, что, возможно, теперь для Кайнара настанут совсем другие времена. Цейран уничтожен, Зулол после гибели союзника надолго затаится. У Кайнара будет время, чтобы восстановить силы. Глубокие шрамы, оставленные войной в стенах крепости и в сердцах людей, постепенно будут стерты. Осталось лишь помочь тем, кто защищая эту крепость, не жалел своей жизни. Маг помогал лечить тяжелораненых воинов. Варить зелья с магической составляющей ему помогал Астор. Лишь Иерре Велор не мог помочь. Он надеялся, что поймет, какое проклятье наложил на нее Цейран. Проблема заключалась в том, что решение могло появиться слишком поздно.
Из задумчивости мага вывел взволнованный женский голос.
– Велор! Велор! – кричала на бегу целительница, которую оставили сидеть с Иеррой.
– Что случилось?! – подскочил он.
– Там… птица… быстрее! – начала запыхавшаяся целительница.
– Какая птица? – ничего не поняв, спросил ее Велор.
– Золотистая, светящаяся! Она появилась в комнате ниоткуда и не желает улетать! – в ужасе заявила женщина.
После этих слов маг начал догадываться, кого именно ему предстоит увидеть. Он проследовал за целительницей быстрым шагом и на ходу крикнул страже, чтобы позвали Астора.
