Элли внимательно изучает моё отражение на экране. На заднем плане кто-то пытается привлечь её внимание, но сестра демонстративно игнорирует всех в конференц-зале, нагло отвернувшись от коллег и полностью сосредоточившись на мне.
– Так, слушай внимательно: порванный лоскут от лифа продень через дыру в рукаве и закрепи там. Белый рукав вообще оторви к чертям собачьим! Получится стильная асимметрия.
Я быстро выполняю её указания: пропускаю оборванную ткань через прореху, завязываю узелок и резким движением срываю остатки белого рукава. Получается неплохо, почти дизайнерский асимметричный купальник с обнажённой рукой. Выглядит дерзко и даже сексуально.
– Просто огонь! – восхищённо кивает Элли. – Коньки целы?
Сердце замирает. Я судорожно проверяю не насыпал ли стерва чего-то мне в коньки, затем остроту лезвия и шнуровку, убедившись, что всё на месте, облегчённо выдыхаю:
– Да, слава богу!
– Тогда иди на лёд и покажи этим сучкам, кто здесь настоящая королева!
– Я уж думала, ты скажешь мне сняться с соревнований…
Элли хмыкает и закатывает глаза:
– Никогда ты от меня такого не услышишь. Мы всегда идём до конца, забыла?
Она улыбается так уверенно и тепло, что я чувствую, как по венам разливается адреналин. Внутри вспыхивает ярость, здоровая спортивная злость, которая толкает меня вперёд – прямо на арену. Теперь мне плевать на козни этой твари Мередит. Я выйду и выдам такой прокат, что навсегда сотру с её лица эту мерзкую ухмылку.
***
– Золотова! Где тебя носит? – у бортика Рита нервно переминается с ноги на ногу и протягивает руки, чтобы помочь мне снять куртку.
– Переодевалась, – мило улыбаюсь я и медленно расстёгиваю молнию.
Куртка сползает с плеч, и я вижу, как глаза тренера округляются от ужаса и непонимания.
– Это… это ещё что такое, Золотова?!
– Понятия не имею. Видимо, Мередит решила поиграть в дизайнера, – саркастично усмехаюсь я и поправляю край юбки.
– Что за бред ты несёшь?
– У неё спросите! – пожимаю плечами и выскальзываю из рук ошарашенной Риты прямо на лёд.
Она пытается меня остановить, но моё имя уже громогласно объявляют по всей арене. Я занимаю центральную позицию и замираю в начальной позе. Свет софитов слепит глаза, сердце колотится бешено – теперь пути назад нет.
Хватит быть милой девочкой Ксюшей! Сегодня Золотова покажет вам свои коготки!
Музыка взрывается в ушах яркой вспышкой адреналина, проникает в каждую клеточку тела и полностью захватывает меня. С первых нот я объявляю войну всей этой прогнившей насквозь команде.
Сложные шаги сменяются опасными прыжками. Воздушные потоки хлещут по лицу холодными плетьми, мышцы приятно горят от напряжения, я лечу надо льдом и на чистом адреналине и неведомом везении мягко приземляюсь, не сбавляя темп. Если раньше моя программа была про победу добра над злом, то сейчас я сама – абсолютное исчадие ада. Мне нравится быть злодейкой куда больше белоснежного ангела. Я наслаждаюсь этой ролью и с упоением позволяю дьяволу внутри растоптать мечты моих соперниц прямо здесь, на глазах у судей и зрителей.
Подходит кульминация программы: мой коронный каскад и четверной аксель. Отталкиваюсь мощно и уверенно – вращение в воздухе кажется бесконечным мгновением свободы. Приземляюсь идеально чисто и тут же прокатываюсь мимо остолбеневшей Мередит и демонстративно показываю ей два средних пальца.
Как тут удержаться, скажите?
Рита стоит у бортика с таким перекошенным лицом, словно только что проглотила лимон целиком. До меня вдруг доходит: эта конференция была вовсе не жестом доброй воли, а отвлекающим манёвром. В любом случае, мне плевать на весь этот террариум змей. Я выше! Лучше! Я чемпионка! Я грёбаная королева этого льда!
Смиритесь с этим или застрелитесь.
Занавес!
***
