– Хорошо, что пришел. Светка наготовила столько, что мне одному и за пару месяцев не осилить.
Вот… Вот оно – преимущество жизни с влюбленной женщиной. О тебе всегда есть кому побеспокоиться. С жадностью, которая исходит отнюдь не от голода, гляжу на румяные котлетки с пюре. Хочется верить, что она и обо мне думала, когда стряпала, потому как и впрямь непонятно, зачем одному малому столько жратвы.
– Она дозвонилась? Как долетела?
– Нормально. – Ставит на стол бутылку.
– Э не. Я мимо.
– А че? Боишься по пьяной лавочке наделать дел? Так хуже, чем есть, уже не будет.
– Дэн, – морщусь я. – Харэ, ладно? Давай о чем-нибудь другом.
– О чем?
– Например, о деле. Как там твои тесты?
Дэн с сомнением на меня глядит. Тяжело вздыхает и все же подхватывает предложенную тему. Что характерно, в вопросах работы у нас вообще царит тишь да гладь. В чем-чем, а в этом Дэнис терпелив до смешного. Может одно и то же разжевывать мне по пять раз и вообще не париться. Понимает, как сложно с моим бэкграундом вникать в подобные вещи, а свое терпение, которое ему совершенно не свойственно в других вещах, объясняет богатым опытом в презентации своих проектов на заре карьеры.
– Когда эта тема только пошла, никто ж вообще не соображал, что это за хрень такая…
Дэн не договаривает, отвлекаясь на телефонный звонок. Я тактично возвращаюсь к своей котлете, а сам превращаюсь в слух.
– Привет, мась. А я все жду, когда ты позвонишь. Рассказывай, как устроилась?
– Мне рассказывать? А ты сам ничего не хочешь мне рассказать?
– Ты о чем, Свет? – вскидывает брови Дэн, как будто до него и впрямь не доходит, и… морщится, да.
– Что у тебя с лицом?
Голос Светы звучит очень напряженно и даже несколько истерично. После всего неудивительно, что она сходу о самом плохом подумала. Денис тихо чертыхается, поминая меня незлым тихим словом.
– Нет, мась. Ты что придумала? Это мы с Батей… эм… неудачно спарринговались.
– Спарринговались? С Батей? – в голосе Светы помимо искреннего удивления появляется еще что-то, то, что мне даже страшно идентифицировать.
– Ага. Он тут. Со мной. Только с делами закончил, заскочил вот в гости. Хочешь, я ему передам привет? Он переживал, как ты долетела, – сдает меня, нагло глядя в глаза. И вынуждая меня тем самым, обойдя стол, показаться. Потому что тупо вот так переговариваться через посредника, когда мы с ним сидим рядом.
– Привет, – выдавливаю, напряженно вглядываясь в экран. Кто бы мне сказал, почему меня так на этой бабе заклинило. Точнее, нет, не так. Почему – я понимаю. А вот что мне с этим делать теперь – не очень. То, что Дэн предлагает, конечно, прекрасно. Да только волчонок, признаваясь мне в братской любви, как-то упустил момент, что по этому поводу думает Света. И пусть я не стал бы пересматривать своего решения, ее мысли на этот счет я бы хотел послушать. Неужели она бы правда могла принять меня со всем моим жизненным багажом? Да даже просто попробовать поискать приемлемые варианты существования в связке… На первый взгляд, для нее в этом еще меньше смысла, нежели для Дэна.
– Привет. Смотрю, на спарринге вы друг друга не щадили вообще, – замечает сухо, разглядывая мою битую физиономию. Ответить я не могу. Горло, какого-то черта, словно удавкой перехватило.
– Да как-то увлеклись.
– Звучит складно. Но я бы все-таки хотела услышать правду.
– Это правда, – бурчит Дэн. – Что, мы не можем подраться?
– Господи, вас и на день оставить нельзя.
– Вот именно. Поэтому что? Возвращайся скорей. Работа работой, но личное тоже надо решать.
Пинаю утырка под столом. Что решать? Какого хрена? Я против. О чем ясно ему сказал.
– Ладно-ладно, – Дэн выставляет перед собой ладони. – Это мы потом обсудим. А пока лучше расскажи, как там на Кипре?
Возвращаюсь на свое место, к своей котлете, жадно прислушиваясь к болтовне этих двух. Болтовне ни о чем: о жаре, баре на пляже, где на этой неделе будет выступать какой-то супермодный диджей, его имя лично мне ни о чем не говорит. У молодых вообще какие-то свои разговоры, общие темы, словечки, значение которых мне неизвестно, и, конечно же, воспоминания… В конце концов, их жизнь сложилась задолго до меня. Дэн, вон, даже со Светкиными родителями познакомился, и прямо сейчас обещает ей, что в сентябре обязательно выделит несколько дней, чтобы помочь выкопать картошку. И я слушаю их с интересом, да… Даже, я бы сказал, с жадностью. Но только сильней утверждаюсь в мысли, что мне нет места в их мире. Они поженятся, будут ездить к родителям, в отпуск, потом родят детей, кстати, это тоже довольно щепетильная тема… А я как? Мне что, просто приходить к ним потрахаться? Так это, конечно, хорошо. Плохо, что мне хочется большего.
ГЛАВА 20
Родной город встречает несвойственным нашим широтам ураганом. Самолет при посадке так сильно заваливается на бок, что я даже успеваю проститься с жизнью. И знаете, что удивительно? То, как спокойно мне становится. Будто я чего-то такого ждала, не в силах поверить, что мое счастье продлится хоть сколько-то долго.
– Света!
