Как только за Дэном с Димкой закрывается дверь, я переворачиваюсь на бок и снова прикрываю глаза. Боже, как хорошо! Как невыносимо хорошо, как тихо… Нет, я обожаю своих детей, но видит бог, иногда мне нужно побыть одной. В тишине. Наедине со своими мыслями. И тут даже хорошо, что у меня аж два мужа. Дэн возится с Димкой. Батя читает сказки Ниночке… Хотя, если уж ей что и следовало бы прочитать, так это очередную лекцию по безопасности. Нинка у нас – настоящий чертенок. За ней нужен глаз да глаз. Сегодня ей исполнилось три года, а я даже не заметила, как они пробежали. Кажется, ее только-только приложили к моей груди в первый раз. Маленькую и пищащую. Рядом тихо плакал Дэн, а за дверью обезумевшим зверем нарезал круги Батя… А теперь вот – она маленьким разрушительным смерчем бегает до дому, хохочет звонким колокольчиком, таскает в дом собак с перебитыми лапами и кошек с лишаем, разбивает сердца соседским ребятишкам, кокетничает, вредничает, танцует… Разыгрывает целые драматические спектакли, вьет из отцов веревки… Да-да, из отцов. Потому что и того, и другого она называет папой. И это проблема. Серьезная головная боль. Но я… Я не могу сказать ей – «нет, твой папа – Рустам», или «твой папа – Денис». Потому что это будет неправдой. Я и так внутри каждый раз обливаюсь слезами, когда Рустаму приходится уходить в тень.
Из-за этой ситуации мы практически свели на нет контакты с внешним миром. То есть, конечно, мы работаем, выходим в свет, Нина ходит в садик и на кружки, но у нас практически нет друзей. Благо мы особенно не страдаем от этого, находя в семье все, что нужно.
С родственниками сложнее. У меня много теток и дядек, братьев и сестер, я даже продолжаю общаться с некоторыми. Но опять же – они не вхожи в наш дом. Здесь, на нашей территории, нашлось место только для моей матери и отчима, которые в какой-то момент сами догадались, что у нас все не как у людей. И… приняли это. Не сказать, что с одобрением, но приняли, уважая мой выбор. Правда, это не означает, что я могу поделиться с мамой проблемами нашего тройственного союза. Нет. Я понимаю, что это может быть для нее слишком, и просто никак не комментирую свою жизнь. Если разобраться, их догадки так и остались догадками. Ведь мы никогда не пытались обсудить эту тему напрямую. Только однажды, когда Нина впервые во всеуслышанье назвала Рустама папой, я от неожиданности стала нести какой-то бред, дескать, нет, детка, ты ошиблась… Потом было стыдно.. Перед мамой, которая так на меня посмотрела, что я тут же заткнулась, но особенно перед Батей.
– Нет-нет-нет, даже не мечтай. Открывай глазки.
Сквозь сон ощущаю, как ко мне прижимается Денис.
– Дэ-э-эн.
– Я соскучился. Батя соскучился. Врач дал зеленый свет…
О, да. Они этого очень ждали. Я знаю. В этом заключается еще одна сложность отношений втроем. Иногда мне тупо много двоих помешанных на мне мужиков. Только в идиотских романах героиня всегда готова. В жизни с этим есть определённые сложности. Например, когда ты очень устал, вымотался, хочешь спать, а их двое… Будь добра вынь да положь немного ласки и одному, и другому. Нет, потом, в процессе, я, конечно же, завожусь, но вот поймать нужный настрой с появлением детей стало проблематичней.
Пальцы сжимаются на сосках, выдавливая молоко.
– Светка, Светик… Пипец как хочется, не изображай из себя труп.
– А если буду? Найдешь себе более покладистую?
– Ну че ты несешь? – рычит Дэн и прикусывает меня за загривок. – Где я еще найду такую девочку красивую, такую сладкую…
– Так и знал, что ты без меня начнешь, – раздается от двери голос Бати.
– Тебя слишком долго не было, – отбривает того Денис. Впрочем, Рустам не остается в долгу – бесцеремонно отпихнув Дэна, он подгребает меня под бок и раздирает на мне рубашку. Я же говорила, да, что потом все равно включаюсь? Так вот они точно знают, как сделать так, чтобы это произошло побыстрее.
– Пришлось еще раз объяснить Нине, как опасен стригущий лишай.
– А-а-ах, надеюсь, она прониклась.
– Я пригрозил, что придется остричь ей волосы, если она опять заразится. – Говоря это, Батя принимается пощипывать мои соски губами. Грудь знакомо покалывает от прилива молока. Еще немного, и начнет брызгать…
Зарываюсь пальцами в темные волосы Рустама. За годы вместе я, кажется, поняла, как приручить этого хищника. Обретя в нашем лице семью, он расцвел и как будто раскрепостился. Если раньше в постели в основном болтал Денис, то теперь и Батя может шепнуть что-нибудь эдакое. Да и вообще он… Он – это он.
