Непонятно было другое. Эйнар появился в университете раньше, чем я связалась с отцом, но предпочел умолчать о настоящем имени и договорился с магистром, что станет моим наставником. По логике лорд Арн не должен был знать, где я нахожусь. Но опять же это я выясню потом. А вот почему он не объявил сразу и напрямую, что к чему, и не попытался вернуть меня насильно — непонятно. Только если хотел узнать получше… Искал слабые места? Нашел. Но зачем предложил мне помочь с инициацией и соблазнил обещанием не только наблюдать, но и, возможно, прикоснуться к созданию Зеркала?
— Я все сказал, — демонстративно скучающе зевнул тритон. — Ты ему нравишься, и это взаимно. Лорд Сорен руками и хвостом за ваш брак, так что завтра пройдешь инициацию, успокоишься насчет своей магии, поможешь приятелю и вперед с чистой совестью заниматься личной жизнью. Как говорится, совет вам да любовь, рыбки мои.
— Ты думаешь…
— Что я думаю, сказал уже сто раз. Я тебе герак, а не попугай!
— Сегодня он отменил тренировки и ушел, — продолжая думать над сказанным, заметила я. — Кроме как о магии, нам не о чем разговаривать… Мы совершенно разные, а ты меня за него замуж спроваживаешь.
— Ты ему предложила спать с собой, — перебил меня Джастин.
— Чтобы установить связь!
— Ты мозги уже включи наконец. Ты ему предложила переспать с тобой, а он, между прочим, на тебя облизывается уже не первый день. Как мужику реагировать на такое заявление? Только пойти охладиться, чтобы, когда ночью вы там будете связь устанавливать, вы именно ее и устанавливали, а не спали в том смысле, который подразумевается на суше.
Я чувствовала себя идиоткой, но до меня только сейчас дошло, что ляпнула. Я просто уточняла распорядок действий, а вот оно как выглядело со стороны… Джастин, как и всегда, не только выслушал и дал дельный совет, но и заставил задуматься.
— Иногда ты напоминаешь мне отца своими высказываниями, — усмехнулась я. — Вот только он мудрый и упрямый, а ты мудрый и вредный. Но откуда ты столько знаешь?
— Живу долго, — буркнут тритон. — Так, я на охоту, а ты думай.
Развернувшись, Джастин сменил ипостась и направился к воде. Двигался он забавно, вразвалочку, что могло бы вызвать усмешку, но только не у меня. Я знала, с какой скоростью он мог плавать, причем чем на большую глубину уходил, тем маневреннее становился. Магия гераков была и вовсе особенной, чем-то схожей с ментальной. Они умели видеть истину среди всего наносного. Это то, о чем Джастин пожелал мне сообщить, но думаю, всего не знал даже мой отец. Для меня же главное было не в смертоносности зубов и когтей моего компаньона и защитника, а в его уме, в чем в очередной раз и убедилась.
Вот только последовать его совету оказалось сложнее, чем я могла предположить.
Сидя на берегу и наблюдая, как солнце садится за линией горизонта, я пыталась упорядочить в голове мешанину из мыслей и предположений.
Джастин был со мной едва ли не с рождения. Приставил герака ко мне отец для защиты, но сейчас я понимала, что это было далеко не единственной его задачей. Он следил и, как я догадываюсь, докладывал отцу о всех происходящих событиях, ведь тот мало бывал дома. Что именно говорил — не знаю, но, учитывая, что никаких наказаний не следовало, Джас о многом умалчивал. Меня это полностью устраивало, к тому же я точно не была злостной нарушительницей установленных правил.
Мама была занята только своими исследованиями. Ее дар после третьей инициации раскрылся полностью, но порой мне казалось, что семью и детей она воспринимала как досадную помеху своим экспериментам. В этом я походила на нее. Магия медленно, но верно становилась для меня всем. Единственная загвоздка была в уровне. Больше всего на свете я боялась, что инициация пройдет неудачно и в один миг я потеряю все. Чем буду заниматься, если магия покинет кровь? Я боялась это себе даже представить… По практике такие женщины вели дом, рожали детей и все время молились, чтобы такая же судьба не постигла их чад. Впрочем, те, у кого магия проснулась, тоже зависели от мужей, но к ним отношение было более уважительное. Наверное, я никогда не решилась бы на протест, если бы была первенцем или единственным ребенком, но я стала третьей и последней. Брат должен был пойти по стопам отца, сестру удачно выдали замуж, и я была уверена, что мне нет необходимости выполнять долг перед семьей. Приняв решение не рисковать с третьей инициацией, я надеялась, что все равно достигну высот, а со временем найду возможность полностью открыть дар. Но отец не согласился с моим решением и я, придумав новый план, сбежала.
