— Стой на месте и ни звука, — следом за стрелой показалась женщина. Молодая, красивая, с оливковой кожей и, несмотря на прохладу, в лёгкой одежде. Хотя сложно было назвать одеждой куски пятнистой кожи, прикрывающие грудь и бёдра, и мягкие сандалии с множеством ремешков.
На теле женщины пестрели цветные татуировки. Ивонет подумала, что девушка ей мерещится, и закрыла глаза, но, когда открыла их вновь, на поляне возле реки было уже пять прелестниц. Все как одна обворожительны и стройны, с остренькими ушками и буйной гривой волос, заплетенных в мелкие косы.
— Кто вы? — Ивонет попятилась, прикрывая наготу платьем, которое не успела надеть. Но незнакомка, что стояла впереди своих подруг, только сузила кошачьи глаза цвета аметистов.
— Прошу, мы… я не сделала ничего плохого. Если нечаянно попала на ваши земли, то это не намеренно, я заглажу вину и уйду, только не стреляйте.
Темнокожая альвийка зашипела и сильнее натянула тетиву. Ивонет округлила от ужаса глаза и только сейчас заметила, что стрела с белым оперением и железным наконечником похожа на те, что были у Янара. Но не успела об этом подумать, как в стороне, беззвучно шагая, появился стихийник. Он тоже держал в руках лук со стрелой, направленной прямо в голову недоброжелательной гостье.
— Опусти своё оружие, амазонка, и никто не пострадает.
Девушка мгновенно обернулась и, окинув его презрительным взглядом, оскалилась, показывая ряд белых зубов с парой острых клыков, делающих её похожей на дикую кошку.
— Ты смеешь угрожать нам, чужак? В нашем доме?
Она изящно отпустила тетиву, и её стрела нашла новую цель — полетела в Янара. Ивонет вскрикнула. Но альх был стремительнее: он успел уйти в сторону, выпустив стрелу в ответ. Ивонет думала, что жёсткое древко с железным наконечником пронзит голову девушки насквозь, но амазонка тоже была непроста: она не стала уворачиваться, а просто поймала летящую в неё опасность.
— Невозможно!
Темнокожая хмыкнула, прищурилась и внимательно осмотрела пойманную стрелу. Принюхалась, провела пальцами по древку, оперению. А потом стремительно пересекла разделяющее их с Янаром расстояние и нагло, напористо, словно он был её собственностью, поцеловала.
— Чтоб мне провалиться в Бездну! Я думала, ты давно сдох, Янар, повелитель пламени, и я больше никогда не увижу твоё надменное лицо!
Стихийник хмыкнул:
— Надеюсь, я не сильно разочаровал тебя, Орифия.
— Надо же, и имя не забыл! — Она хлопнула его по плечу и обернулась к сёстрам-воительницам: — Сегодня благословенный день! Сама Бездна разверзлась, чтобы одарить нас семенем самого великого альха!
Лес содрогнулся от женского приветственного многоголосья.
— Что вы делаете так далеко от дома?
— Патрулируем.
— Но зачем? Разве здесь есть самоубийцы, готовые зайти в ваш лес?
— Времена неспокойные, сам знаешь. Нужно себя обезопасить от любых… человеческих угроз.
Ивонет ехала позади Янара, амазонки по имени Орифия и её сестёр и с напряжением ловила каждое слово. Ведь после того как выяснилось, что их с Янаром путь пролегает через земли дикарок, было принято решение ехать вместе. Что не очень воодушевляло: Орифия теперь ни на шаг не отпускала от себя мужчину и с удовольствием вела с ним беседу, мурлыча каждое слово сквозь острые зубки, как майская кошка. При этом Ивонет она перестала замечать. Как, в принципе, и стихийник. И когда лошадь Ивонет заартачилась, испугавшись громкого хруста ветки, её объехали, как мелкое препятствие.
— Ивонет, осторожнее, — пренебрежительно бросил Янар, не отвлекаясь от амазонки.
Ивонет не знала, радоваться этому или нет. Вроде Янар отвёл от неё беду, а на душе скребла обида. Ведь после вчерашнего она думала, что отношения между ними изменились и они стали ближе друг другу. Надежда расцвела яркими красками, но теперь всё притупилось…
