Эмбер
– Думаете, принц сегодня навестит вас, ваше высочество? – спрашивает Имоджен.
Они с Кларой, расположившись за столом, играют в вист, и девушка, кладя карту, не сводит с меня внимательного взгляда.
– Сомневаюсь, – небрежно отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал выше обычного.
За неделю, прошедшую после вечера в опере, они отбросили свою былую подозрительность, разве что высказывались по поводу туфель. И все же я вовсе не горю желанием ненароком дать им новый повод для сомнений. По совету Франко я позволила сестрам исполнять обязанности горничных, но стараюсь держаться от них как можно дальше. Я с ними почти не разговариваю, усердно играя в их присутствии роль замкнутой принцессы. Даже сейчас я сижу в кресле в другом конце спальни с рукоделием в руках.
Вышивание.
Никогда не представляла, что буду тратить время на нечто подобное. Но, по крайней мере, пальцы находятся в движении. Кроме того, это занятие недалеко ушло от штопки, которой прежде приходилось заниматься ежедневно, – вот уж не думала, что буду по ней скучать. Точнее, не могу сказать, что мне не хватает работы по дому. Просто хочется чувствовать себя полезной и хоть немного двигаться. Я в жизни не стремилась целыми днями сидеть на диване. Даже в мечтах о свободе я занималась делом – музыкой – и никогда не скучала.
Но ничего, осталось подождать еще немного. Всего через неделю все мои чаяния воплотятся в жизнь.
Конечно, если что-нибудь еще не пойдет наперекосяк.
В первые дни после похода в оперу в голове крутились лишь пессимистичные мысли. Нервы натянулись до предела, и каждый стук в дверь вызывал мысли о стражниках. Но минула неделя, а меня так никто и не тронул. И я начала расслабляться, насколько вообще возможно в моем положении. Однако рядом с сестрами по-прежнему приходится держать ухо востро.
Как и с Франко…
– Неужели он навещал вас лишь дважды на этой неделе? – спрашивает Имоджен, улыбаясь уголками губ. Мне отлично знакомо это выражение. К нему, как обычно, прилагается цепкий, оценивающий, расчетливый взгляд, выискивающий любую трещину в моем самообладании, чтобы скользнуть в нее вместе с коварными планами. К несчастью для сестры, не так уж она и умна.
– Правда? – ровным голосом спрашиваю я. – Я не считала.
Само собой, считала, и сестра права. Лишь дважды он приглашал меня на короткую прогулку, когда во дворец на экскурсию приходили люди, – подобные привилегированные туры возможны лишь в течение месяца светского сезона и, похоже, привлекают довольно многих. Во время этих кратких прогулок принц пытался вести себя по-прежнему уверенно, но я ощущала между нами какое-то напряжение, хотя и не стала выяснять его причину. Я просто шла рядом с Франко, поддерживая ничего не значащую беседу, чтобы устроить представление для собравшихся и заставить их поверить в наши отношения. После оперы мы не затрагивали личных тем, обсуждая лишь погоду и прочие глупости.
Клара кладет карту на стол, и сестры обмениваются понимающими взглядами.
– Может, вам написать ему письмо? Я отнесу, – хлопает ресницами Имоджен. – Принцессу никто не посчитает слишком навязчивой.
Мне так и хочется закатить глаза, но я с трудом беру себя в руки. Конечно, она с радостью доставит принцу мое письмо, найдя для себя благовидный повод лишний раз с ним пообщаться. Щеки вдруг вспыхивают, и я стискиваю челюсти.
– В этом нет нужды.
– Нет? – Имоджен приподнимает бровь. – Вы больше не встречаетесь, ваше высочество? Или ваши чувства не столь сильны, чтобы писать романтические письма?
Я замечаю, как Имоджен пинает Клару под столом, и та, одарив сестру сердитым взглядом, выдавливает из себя улыбку.
– Да-да, ваше высочество. Напишите принцу, и пусть Имоджен отнесет ваше послание. Это будет очень романтично.
Идиотки! Все их замыслы для меня – словно открытая книга, но сомневаюсь, что и настоящая принцесса купилась бы на их уловки. И на что вообще надеется Имоджен? Допустим, она отправится в личные покои принца, передаст ему мое письмо, а что дальше? Он тут же пригласит ее на чай и признается в любви? Она правда верит, что заслужит его расположение, исполнив одно-единственное поручение? Если так, она и в самом деле дура и совсем не знает принца.
Хотя, о чем это я? Ведь я и сама его вовсе не знаю. А Имоджен просто-напросто верит слухам о его репутации и считает Франко легкой добычей. Хотя, судя по резким словам, брошенным мне в переулке, он весьма нетерпим к вешающимся на него человеческим женщинам.
Прищурившись, я разглядываю Имоджен, размышляя, не стоит ли и в самом деле послать ее к принцу. Он без всяких угрызений совести пресечет ее явные попытки соблазнения, а я посмотрю, как ей понравится быть униженной. Но после я бросаю взгляд на низкий вырез ее платья и скривленные в надменной усмешке губы… А вдруг есть хоть малейший шанс, что я ошибаюсь и она вполне способна его завлечь?
