— Я понял, — кивнул я. — Получается, ты знала? С самого начала?
— Что Амела — Миранда? — улыбнулась она. — Я быстро догадалась. Еще на острове Яга. Но это все неважно, Экелз. Пока я буду отчитывать Миранду, ты не мог бы некоторое время понянчиться с Юмихейном?
— Э-э. А он…
— Юмихейн очень капризный ребенок, — она привела его за руку ко мне. Ребенок при этом, вертел головой на девяносто градусов то в одну, то в другую сторону. — Просто побудь с ним.
Злотоволосый голубоглазый ангел посмотрел на меня с любопытством.
Спросить я хотел совсем другое. Во-первых — какого, нахрен, происходит?! Я слышал, что Гаус — важный род в Империи, но настолько… Чтобы вот так взять — и нянчиться с кронпринцем Юмихейном? Это ж какой уровень доверия должен быть.
— Ну привет, — сказал ему я.
— Пливет, Экез, — с важным видом сказал он.
Пары зубов у него не хватало. Я улыбнулся против воли. И в этот момент понял, как скучаю по мелким из интерната. Райли, Ким, Эрза. Как они там? Мы с Амандой вернулись в симуляторную. Сидевший лицом к двери Пауль первым заметил угрозу, и его улыбка исчезла. Он кинул на меня вопросительный взгляд.
— Миланда! — крикнул Юмихейн и буквально потянулся к девушке.
Та резко обернулась. Встретилась взглядом с Амандой. Побледнела. Но быстро взяла себя в руки. Встав с гордо выпрямленной спиной, она слегка поклонилась.
— В кой-то веке ты вспомнила о правилах приличия, — выгнула бровь Аманда Гаус.
Ребенок тем временем теребил медальончик на моей груди. Его мне подарили в день поступления в Школу. Я напрочь отказывался верить и принимать, что он и есть тот Юм.
— Я бы сказала, что очень рада вас видеть, но вы прекрасно распознаете ложь, — пожала плечами Миранда.
— Дерзишь? Считаешь, что раз сбежала из семьи, то ничего никому не должна?
Аманда села в свободное кресло. Мне стало неуютно. Быть свидетелем и тем более вмешиваться в семейные разборки я никогда не любил.
— Как видишь, я вполне себе неплохо обосновалась, — Миранда садиться не собиралась. Она сложила руки на груди и всем своим видом показывала пренебрежение к бабушке.
— Сейчас ты живешь в казарме на сорок человек. Питаешься в общественной столовой. Носишь одежду из тряпичного материала, которым в столице даже полы не рискуют мыть. Общаешься с подростками младше тебя на восемь лет. Выпросилась в проект, который еще несколько дней назад находился на грани закрытия. Бегала по самым злосчастным местам Аргуссы. Думала, я не узнаю? Кому и что ты решила доказать? Нашла, что искала?
— Ты сюда поглумиться пришла?
— Нет, Миранда. Тут даже глумиться не над чем.
— Знаешь, что меня в тебе всегда бесило? — с яростью сказала Миранда. — Есть только твое мнение и ничьё. Я всего добьюсь сама и без помощи так называемой семьи!
— Эта так называемая семья кормила тебя, поила, одевала и обучала.
— О, не сомневайся, я всё компенсирую. Лично тебе на счет верну.
Напряжение нарастало. Джина незаметно от остальных делала мне знаки, чтобы я как-то стабилизировал ситуацию. Пауль додумался выйти.
Ситуацию спас кронпринц. Он внезапно заревел в голос. Я испугался и растерялся одновременно, Аманда тут же перевела все внимание на него, подошла и взяла его на руки. Вдобавок ко всему в комнату бесшумно вошел керр Дорман. Вот его не было, и он уже тут.
— Что на этот раз? — спросила Аманда.
Холод, с которым были произнесены слова, мог заморозить даже Уробороса. Аманда с ненавистью посмотрела на керра Дормана. А я отметил тот факт, что на его руки блеснули все те же реликтовые часы.
— Как вы любите говорить, очередная доза очередной дряни, — с улыбкой ответил андроид.
Он настолько стремительно вколол из пистолета что-то Юмихейну, что я даже заметить не успел. Юм перестал закатываться в истерике и начал потихоньку затихать, тяжело вздыхая полной грудью. Керр Дорман убрал медицинский пистолет в карман медицинского халата и забрал Юмихейна к себе. Тот вытер слезы маленьким кулачком, извернулся и потянулся ко мне. Керр Дорман на удивление легко отпустил. Юмихейн обхватил мою шею своими маленькими ручками и уткнувшись в плечо, все еще похныкивая.
— До отлета этого хватит, чтобы стабилизировать его психическое состояние, — пояснил керр Дорман.
— Я доложу об этом Императору, — так же холодно сказала Аманда.
— В этом нет нужды. Отчет по состоянию кронпринца я обновляю каждый день. Вы можете изложить свою версию, но советую вам обойдитесь фактами. Эмоциональная составляющая в данном вопросе неуместна, — керр Дорман продолжал улыбаться.
Он ушел так же быстро, как и пришел, оставив нас в полном недоумении.
— В чем дело? — спросил я, не понимая… слишком многого.
— Кронпринц Юмихейн подвержен неконтролируемым перепадам настроения, — ответила Аманда. — Уж не знаю, чем его пичкает тетушка Элейн, но ему становится все хуже и хуже.
— Разве это не у всех детей так? — хмыкнул Кальбер, почесывая затылок.
— Так — не у всех, — ответила Аманда. — Элейн решила ставить на Юмихейне кое-какие эксперименты.
— Сестра Императора? — уточнила Джина.
— Да. Юмихейн, ты бы хоть возмущался на ее процедуры! — укоризненно сказала Аманда ребенку, качая головой.
