То, что Гиперборея, в пределах которой был обнаружен артефакт — исконно русская территория, еще требуется доказать. Русские просто обязаны поделиться своим открытием со всем человечеством.
Судя по монологу академика Добродеева, они что, так и собираются поступить?!
Несколько минут взволнованно походив по комнате из угла в угол, Джеймс Барток вспомнил слова Синтии Тейн: "Они уничтожат Сердце!", и восклицание Елены, юной жены Мастера: "Мы сами у них сердца повырываем! Или мы с тобой не ведьмы?!".
— Что ж, милые язычницы, — подумал полковник, — посмотрим, как вам удастся меня остановить!
Он вышел из отеля, поймал такси и направился к Султану.
Эльдар Гамидов выключил диктофон и взглянул на заказчика.
Джеймс Барток, сидя напротив Султана в его кабинете, внимательно просматривал снимки трехэтажного цилиндрического здания, окруженного бетонным забором, сделанные с помощью инфракрасного объектива.
— Третий контакт состоится завтра ночью, — думал полковник, — и, похоже, именно здесь, в этой лаборатории! Если это действительно лаборатория…
— Ваши люди неплохо поработали, уважаемый господин Гамидов, — улыбнулся разведчик. — В случае если завтра, точнее, уже сегодня, я получу подтверждение, что это странное сооружение действительно та самая секретная лаборатория, которую мы разыскиваем, ваш гонорар удвоится.
— Вы прослушали запись разговора ученых в машине, господин Смит, — назвав вымышленную фамилию полковника, возразил Султан, — этого подтверждения вам недостаточно?
— Все, что вашим людям удалось раздобыть, — кивнув на диктофон и снимки, произнес полковник, — и звучит, и выглядит убедительно. Однако фирме, которую я представляю, для дезинформации конкурентов случалось организовывать постановки и посерьезнее!
— Даже отключать электроэнергию в городских районах? — усмехнулся Султан.
Полковник подумал, что ЦРУ в случае необходимости способно обесточить целые страны, а то и вовсе стереть их с лица земли, но промолчал.
— Лаборатория контролируется боевиками Меченого, — вновь заговорил Эльдар Гамидов, — я не сомневаюсь, что интересующий вас артефакт находится именно там. Следующей ночью, как следует из аудиозаписи, в лаборатории состоится заключительный эксперимент, там будет и Форвард. Гурбан Халилов выехал в аэропорт, утром он будет в городе и лично возглавит операцию.
— Со сломанной рукой? — удивился полковник.
— Его оружие — голова, а не руки, — вступился за своего помощника Султан. — За много лет Меченый допустил лишь одну ошибку!
— Две ошибки, — поправил его Джеймс Барток, имея в виду разгром боевой группы Расстрела. — И оба раза на его пути становился Мастер, ваш личный враг. Вас это не наводит на размышления, господин Гамидов?
Султан помрачнел. Размышления, на которые наводил его Илья Синельников, сводились к одному: как сделать смерть этого опасного врага и его женщины, по возможности, более мучительной.
— Мастер учился на факультете Бокалова, когда стал моим врагом, — угрюмо заговорил Эльдар. — Теперь восстановился в Академии, женился. Не знаю, где он пропадал и чем занимался четыре года, но сейчас он очень резво подминает криминальный мир в городе под себя! В том, что ему помогают в этом спецслужбы, у меня никаких сомнений нет.
— У меня тоже, — подумал полковник.
— Думаю, следующей ночью в лаборатории его не будет, — продолжил Султан, — ему там просто нечего делать. А после завершения операции я его так или иначе достану!
— Это ваше личное дело, господин Гамидов, — доброжелательно заговорил Джеймс Барток. — То, что Мастера во время вашей операции не будет в лаборатории, могу вам лично подтвердить. Я располагаю сведениями, что академик Добродеев держит его от проекта "Сердце России" в стороне, хотя они и родственники.
— Родственники? — удивился Эльдар. — По чьей линии?
— По линии Иисуса Христа. Елена Синельникова — крестница академика.
— Что ж, отлично. Значит, Мастер останется мне на десерт! Когда, господин Смит, вы рассчитываете получить необходимые вам подтверждения относительно лаборатории?
Полковник взглянул на часы, было без малого два часа ночи.
— В интересующем нас городе сейчас около пяти часов утра. Надеюсь, не позже чем через восемь часов я получу нужные сведения. Тогда же мы уточним и главные задачи операции.
— Я считал, господин Смит, что мои задачи четко определены с самого начала, — насторожился Султан. — Вся моя работа велась в рамках подготовки к выполнению именно этих задач: похищение Форварда, обнаружение лаборатории и завладение артефактом!
— Не волнуйтесь, господин Гамидов, — успокоил Султана полковник, — задачи могут лишь упроститься.
— Упроститься?
— Да. Согласитесь, что убить человека всегда легче, чем его похитить, а уничтожить вещь проще, чем ее украсть.
— В таком случае, как это отразится на гонораре? — забеспокоился Эльдар.
— Никак, — улыбнулся полковник, — гонорар останется прежним. Что ж, господин Гамидов, — сказал он, вставая и собирая со стола фотографии лаборатории, — надеюсь, ваша операция пройдет удачно!
