Следующие два трупа выглядели так же – и им тщательно раздробили головы ударами прикладов либо выстрелами дробью в упор, так что от лиц ничего не осталось.
Вскоре лес расступился, открыв полузаросшую тропу. Та вывела отряд к подножию лысого холма, увенчанного двухэтажным бревенчатым особняком – гнилым, ветхим, с провалившейся крышей. Именно здесь разыгралась настоящая битва, и сосем недавно. Склон был усеян мертвецами – десяток тел в чёрном, дюжина полуголых покойников. Из последних почти половина валялась перед опрокинутым пулемётом на треноге. Оружие кто-то здорово изуродовал, согнув ствол, разбив приклад. Останки расчёта были рядом – с оторванными руками, проломленными черепами. Кровь не успела до конца впитаться в землю, её лужи темнели в свете фонарей.
- Я… теперь рада, что мы не успели пойти сюда с моими пентюхами, - сглотнув, призналась Элизабет.
- Зато я была права, как всегда, - Сотейру, казалось, зрелище бойни ничуть не взволновало. Сероглазая женщина выглядела очень довольной. – Врагов в конце будет меньше. Но как бы не опоздать.
Снова она первой бросилась вперёд. Спутникам ничего не оставалось, как поспешить следом.
Парадная дверь особняка вела в просторную прихожую, откуда группа попала в большую залу с двумя лестницами на верхний этаж. Искать путь дальше им не пришлось – массивный каменный камин под лестницами был сдвинут вбок – видимо, на скрытых полозьях. Там, где он был раньше, зиял круглый провал потайного хода.
- Ага, - хмыкнула Сотейра. – Трое здесь, страхуете выход. Остальные со мной. Держитесь сзади.
Она перебросила револьвер в левую руку, в правую взяла широкий боевой нож и вошла под свод туннеля, даже не оглянувшись на спутников. Настя жестом показала майору, чтобы тот не торопился и пропустил вперёд наёмников, Элизабет же привстала на цыпочки и шепнула ему в ухо:
- У одного из покойников… тех, голых… была татуировка. Он из «овцерезов». Что это значит, Николай?
- Ничего хорошего, - буркнул Дронов.
Тайный ход позволял идти по двое, так что группе пришлось растянуться. Шериф и агенты пристроились в хвост колонны. Пользуясь затишьем, майор присматривался к стенам. Сперва они шагали по искусственному проходу, вырытому в каменистой почве – на стенах виднелись отметины, оставленные кирками, лопатами, заступами. Старые, почти стёршиеся. Туннель проложили десятки лет назад – возможно, ещё последние законные владельцы дома. Или контрабандисты, пришедшие сюда после их исчезновения. Полсотни шагов спустя рукотворный коридор упёрся в явно природные полости. Но и здесь приложил руку человек. Один конец длинной пещеры был заложен обтёсанным камнем. Ничего не оставалось, как направиться в другую сторону. Опять попались трупы – три полуголых и двое в чёрном. Кровь на каменном полу не успела потемнеть.
- Теперь – ни звука. Ни слова, - распорядилась Сотейра. Вопреки серьёзному тону, на губах сероглазой девушки играла улыбка. – И чтобы ни случилось – не лезьте вперёд меня.
На стенах снова появились следы инструментов. Природные коридоры в камне подровняли, укрепили деревянными столбами – на вид свежими, не успевшими потемнеть. Кое-где попадались химические лампы, освещающие туннель слабым золотистым сиянием. То и дело встречались замурованные боковые проходы. Раствор, скрепляющий камни, казался относительно свежим. Кто-то навёл в подземелье порядок не более чем месяцы назад, и легко было предположить – кто.
Они крались довольно долго, прежде чем услышали что-то, кроме звуков собственного дыхания и своих же приглушённых шагов. Из другого конца туннеля неслись удары металла о металл. Ритмичные, звонкие. «Бой закончился, - понял Николай. – Но что там теперь творится?».
Каменный коридор оканчивался проёмом без створки. Вопреки сигналам Анастасии, Дронов обогнал наёмников и заглянул в проём вместе с Сотейрой.
- Дзяньк! Дзяньк!
Круглая пещера по ту сторону проёма была превращена в лабораторию, и в ней сейчас царил полный разгром. Металлические столы были опрокинуты, пол устилало стеклянное крошево, оставшееся от растоптанных приборов и химической посуды, в медицинских шкафах от дверец матового стекла уцелели осколки, застрявшие в петлях. Последние выжившие «язычники» собрались вокруг железной двери в дальней стене. Один пытался вогнать стальной ломик в щель между створкой и стеной, другой бил кувалдой по дверным петлям. Двое держали дверь на прицеле карабинов. А ещё двое смотрели в противоположную сторону. Тоже с оружием наготове. Конечно, высунувшихся из проёма гостей они заметили сразу.
- Тревога! – рявкнул один из стражей на чистом английском.
