Альдо как раз заканчивал завтракать с Мэллит, когда крики со двора привлекли его внимание.
— Беда! Беда! — кричали снизу. — Большая волна! Потоп!
Альдо отправил слугу к хозяину гостиницы узнать причину переполоха. Тот вернулся бледный и растерянный.
— Несчастье в порту, гици принц, — доложил он. — Говорят, что по нему ударил седьмой вал. Вода идёт на город.
Альдо бросился вон из гостиницы в чём был, без плаща и без шляпы. Здесь, в центре Агариса, ещё не ощущалось суматохи, но тревожные новости передавались из уст в уста. Множество людей устремлялись по направлению к агарисскому порту, причём некоторые мчались полуодетыми, как и Альдо. Отсюда до доков было не больше четверти часа бегом вниз с холма.
Но дойти Альдо так и не смог: на крутом спуске к причалам возник затор. Здесь в толпу врезался встречный поток: раненые, обезумевшие свидетели седьмого вала отчаянно карабкались наверх, всё выше и выше. Они кричали что-то неразборчивое, а внизу под ними бесновалась вода – мутная, яростная, словно пьяная.
Она прибывала на глазах, как во время наводнения. Набухшие волны выплёскивались на улицы, гигантским языком слизывая всё, что попадалось на пути. Всюду стоял треск ломаемых строений и отчаянный крик бегущих в панике людей.
Только то, что Агарис стоял на семи холмах, спасало его от полного затопления.
Альдо, остолбенев, смотрел вниз на бурлящий водоворот, который всего четверть часа тому назад был богатейшим в Агарии портом. Теперь там бесновались волны, остервенело пытавшиеся взобраться как можно выше. В них, как в кипящем котле, крутились стволы вывернутых деревьев, куски разбитого вдребезги мола и пирсов, сорванные крыши и части стен развороченных портовых складов, раздавленные рыбацкие лодки и шлюпки. Между обломками то и дело мелькали какие-то вещи, разбитые ящики, бесформенные тюки, которые вполне могли быть телами несчастных жертв. Корабли, утром горделиво стоявшие на рейде, теперь были размётаны и смяты, как яичная скорлупа; снасти обломаны, как спички, а тяжело гружёные баржи злобно выплюнуты на берег.
«Неужели всё это сделал я?» — потрясённо спросил себя Альдо.
Разве на восходе он не велел морю прийти к нему? И вот море здесь!
Альдо инстинктивно оглянулся, ища глазами на берегах разгорающийся пожар, но пожара не было. Камни, не затронутые водой, тоже стояли на своих местах.
Но море – море пришло!
Порт внизу превратился в огромный кипящий чан, в который неумелая хозяйка швырнула разом всё, что нашлось у неё под рукой.
— Помогите! Ради Создателя помогите! — исступлённо вопили несчастные, остервенело цепляющиеся за всё, что подворачивалось под руку. Некоторых смывало потоком, и бешено мотало в водовороте вместе с кусками древесины, вывернутыми из мостовой булыжниками и множеством товаров с разбитых судов.
Над сложившимися как карточный домик доками поднимался какой-то нечеловеческий вой. Должно быть тех, кто там работал, раздавило и расплющило корпусами кораблей.
Обезумевшие люди сновали вокруг Альдо, толкая и задевая его.
— Мой «Найер»! — хрипло рычал какой-то мужчина, должно быть, судовладелец. Он рвался вперёд, а две растрёпанные, но хорошо одетые женщины цеплялись за него и висли на плечах, удерживая. — Мой корабль! Мы потеряли всё, всё!..
— Повезло мне, вот уж повезло! — дрожащим голосом бормотал оборванный рыбак, сноровисто карабкаясь вверх по улице. — Чуток задержался, и пронесло. А Тито сразу к лодке пошёл. Нету больше Тито…
— Ренцо! Ренцо! — пронзительно кричала какая-то девушка, протягивая руки к какому-то несчастному, который метался внизу в болтанке волн. А рядом ещё с полсотни голосов выкликало с полсотни других имён.
Люди суетились, кричали, бегали туда и сюда. В голосящей толпе то и дело мелькали лица, которых обычно не увидишь при свете дня.
— Склады-то все разбило водой… — шептались они между собой. — Ежели бы туда пробраться, то добыча выйдет жирная…
Под ногами прохожих шмыгали серые крысы, бегущие из затопленного порта вместе с людьми. Это было похоже на конец света.
Наконец с ближайшей колокольни ударили в набат; скоро ему отозвались с других церквей. Били вразнобой, торопливо, почти истерично: казалось, что сам Святой город издал нестройный испуганный вопль.
«Неужели всё это сделал я?» — безостановочно повторял про себя потрясённый Альдо.
На подгибающихся от восторга и ужаса ногах он вернулся в гостиницу. Испуганная Мэллит ждала его, стоя на верхних ступеньках лестницы, ведущей в их номер.
В нижней зале царила суета, почти неприличная для столь солидного заведения: постояльцы метались, не находя себе места, а некоторые собирались спешно уезжать из Агариса.
— Альдо… — пролепетала Мэллит, увидев его. — Альдо… Ведь мы могли бы… Мы могли бы как-то помочь пострадавшим?
Альдо схватил её за руки и поспешно затолкал обратно в номер.
