— Как ваш единоверец и друг, я первым воспрепятствую возвращению виконта Валме в этот замок. Разве вы не осматривали помещение, в котором он содержался? Неужели вас не насторожило, что вся охрана лежала без памяти, огонь погас, а стены покрылись ледяной плесенью? Или вы желаете страшной смерти всем защитникам Эр-Эпинэ?
— О чём вы говорите, ваше высокопреосвященство? — искренне удивился теньент Левфож, стоявший за плечом у Карваля.
— Его высокопреосвященство просто шутит! — насмешливо воскликнул юный барон Жорж Гайар, переглянувшись с Жюльеном Горуа. — Он хочет сказать, что этот Валме – сказочное чудище, способное поразить всех нас одним своим взглядом, ха-ха!
— Я отнюдь не шучу, — строго ответил Левий. — Сам виконт не опасен, пока остаётся живым. Казнить его легко, и вы, разумеется, так и поступите. Но к чему это приведёт? По своей неосмотрительности господин Валме навлёк на себя угрозу, которая может стать угрозой для всего замка. Когда мы с герцогом Окделлом подобрали его в деревне, он сказал, что за ним гнался выходец.
— Что? Выходец?! — хором воскликнули Жюльен Горуа и Жорж Гайар то ли с недоверием, то ли с восторгом.
Барон Гаржиак скептически покачал головой:
— Чего не скажешь, чтобы сбежать из темницы!
— Выходец? — удивлённо повторил Удо Борн. — Вот так история! Можно подумать, Дуглас, что мы с вами и не выезжали из Алата. Там обожают подобные сказки.
— Видимо, там он их и набрался! — Капитан Карваль презрительно фыркнул, гневно пошевелив усами. — Выходец! У вашего Валме извращённое воображение. Вся эта семейка – лжецы, пустомели и мерзавцы.
— А я думаю, господа, — объявил полковник Люра, широко осклабившись, — что под выходцем господин Валме имел в виду свою совесть, давно скончавшуюся в страшных муках. Неудивительно, что увидев покойницу, виконт до смерти перепугался.
Граф Дени Агиррэ тоненько захихикал, и барон Горуа тут же последовал его примеру, разразившись громким лающим хохотом.
Епископ Риссанский пропустил их веселье мимо ушей.
— Вы говорите серьёзно, брат мой? — обеспокоенно спросил он у Левия. — Вы уверены, что виконт Валме не вводит вас в заблуждение?
— Спросите у теньента Дюварри, — ответил Левий. — Кажется, это вы, сударь, обнаружили позавчера тело графа Штанцлера и всех караульных, лежавших без сознания? Расскажите об этом епископу во всех деталях. Ведь вы, брат мой, как никто другой можете узнать признаки, свидетельствующие о выходце.
— Что? Неужели это действительно так серьёзно? — Барон Гаржиак удивлённо повернулся к Луи-Полю Риссанскому. — В этой болтовне есть хоть какой-нибудь смысл, ваше преосвященство?
Епископ не ответил, пребывая в сильном волнении.
— А виконт… — проговорил он, обращаясь к Левию, — Виконт знал этого выходца… живым?
Левий многозначительно кивнул.
— Да. И вы тоже, — негромко произнёс он. — То, о чём вы написали мне из Атрэ-Сорорес… Ваше предположение оказалось истинным.
Епископ Риссанский ахнул и отступил, прикрыв рот рукой. Все военные с удивлением уставились на него.
— Виконт Валме полагает, что выходец приходил за графом Штанцлером, — продолжал Левий, обращаясь к ним. — Спасая себя, виконт убил графа, но в результате оказался в ещё большей опасности. Если герцог Алва вернёт его вам, в замке возникнет угроза, против которой ваше оружие бессильно.
Уверенность, с которой говорил Левий, и видимый ужас епископа Риссанского произвели на присутствующих некоторое впечатление. Однако Карваль, презрительно оттопырив нижнюю губу, заявил с явным подозрением:
— Мы не так легковерны, как вы, господин кардинал. Если за Валме гоняется выходец, почему тогда Ворон принял его в своей ставке? Разве ему не выгоднее было бы выдать его нам и тем самым погубить? Нет, нас не проведёшь подобными баснями!
— Герцог Алва Повелитель Ветра, — возразил Левий. — В его жилах течёт кровь Ушедших. Для него и герцога Окделла выходец не представляет никакой опасности.
— Полноте, преподобный отче, вы говорите не серьёзно! — воскликнул граф Агиррэ обычным своим снисходительным и чуть саркастическим тоном. — Не могу поверить, что вы, кардинал и магнус нашей пресвятой церкви, произносите подобную ересь! Кровь Ушедших, прости меня Создатель! Да вы кощунствуете против нашей истинной веры!
— Господин кардинал готов оправдывать преступление Ворона любыми способами, — ядовито заметил Карваль. — Даже если приходится жертвовать догматами церкви.
— А разве вы сами, капитан, — немедленно возразил Левий, — разве вы сами не верите, что в жилах Повелителей и Раканов течёт могущественная кровь, дающая особые права? Разве не поэтому вы стали сторонником старой династии и прочите принца Альдо на престол?
Карваль слегка смешался. Старая династия интересовала его меньше, чем прошлогодний снег, но не признаваться же в этом перед лицом союзников из Алата!
Рихард Борн с живостью уцепился за слова кардинала:
— То есть вы поддерживаете притязания его высочества? Принц скоро прибудет из Агариса, и тогда ваше влияние как князя церкви…
