— Не вини его. Клянусь, он до самого вечера честно врал, что любовался местными красотами! Но у Белой Ели, знаешь ли, скверная репутация. Пришлось мне пригрозить ему, что я сам отправлюсь на поиски этих местных красот, или вернее сказать, красотки, и не успокоюсь, пока ее не найду. Не могу же я допустить, чтобы моего Первого маршала сожрала какая-нибудь обольстительная нечисть! — И принц, смеясь, хлопнул Робера по плечу.
Ричард почувствовал, что теряется.
— Ваше высочество… — начал он, соображая, как бы правильнее выразиться.
— Убью, — ласково пообещал принц.
— Милорд, — продолжал Дик, окончательно сбиваясь, — я уже говорил маркизу Эр-При, что не могу видеться с вашим высочеством. Я оруженосец герцога Алвы. А вы… А вы, ваше высочество… Вы вне закона…
Поняв, что объяснение вышло отнюдь не вежливое, Ричард смешался и замолчал. Робер пришел к нему на помощь.
— Я же говорил тебе, Альдо, — произнес он, — Дикон приехал сюда по делам Ворона.
— Говорил, — подтвердил принц, — но я тебе не поверил. Я хочу услышать это от него самого. Скажи-ка, Надорэа: Ворон действительно послал тебя в Сакаци?
— Не в Сакаци. В Граши, — пробормотал Дик, не зная, куда деваться от пристального взгляда Ракана.
— А что ты должен делать в Граши? — весело поинтересовался принц. — Уж не поручил ли тебе Ворон убить меня?
Гиллалун, который замер у выхода из комнаты, почти слившись с дверным косяком, едва слышно кашлянул. Может быть, это вышло случайно, но Ричарда внезапно осенило. Вот он, ответ! Лгать он никогда не умел, однако у вранья, вероятно, иная природа, поскольку сейчас он соврал почти вдохновенно:
— Я должен выследить шпионов Дорака!
Альдо Ракан так и покатился со смеху. От взрыва его хохота в окнах задребезжали переплеты. Он веселился настолько открыто и заразительно, что даже нахмурившийся было Робер невольно заулыбался. Дик с досадой понял, что ляпнул глупость.
— Ты не умеешь врать, Надорэа, — проговорил принц, утирая выступившие на глазах слезы. — Чудеса, да и только! Ворону стало интересно, не отлынивают ли шпионы Дорака от слежки за мной? И он послал тебя встряхнуть этих бездельников?
Ричард почувствовал, что где-то внутри него закипает нелепая детская обида. Принц Ракан так же, как и эр Рокэ, просто не принимал его всерьёз!
— Вы напрасно смеетесь, ваше высочество, — сдержанно ответил он. — Я надорец и, как всякий горец, хороший следопыт. К тому же со мной мой слуга Гиллалун. Когда вы вошли, он как раз докладывал мне о том, где скрываются Дораковы шпионы!
Принц Ракан повернулся к Гиллу. Тот немедленно склонился в нижайшем поклоне.
— Так ты горский следопыт? — спросил принц, с любопытством разглядывая надорца.
— Точно так, ежели вашему королевскому высочеству угодно знать, — ответил Гилл, не поднимая почтительно склоненной головы.
— И ты действительно нашел логово, где прячутся шпионы Дорака?
— Точно так, ваше королевское высочество.
— Однако!.. Говори!
— Ежели вашему королевскому высочеству угодно знать, — ответил старый слуга, которому принц не стал угрожать казнью за пышное титулование, — я обнаружил их нору вчера. Ваше королевское высочество можете быть уверены: эти мошенники скрываются в «Соловье и водокачке».
— А почему ты так уверен в этом, дружище?
— Мы с их милостью милордом герцогом выслеживали их от самой Старой Эпинэ, — ответил Гилл без запинки, и Дик невольно позавидовал своему телохранителю: надо же, врет и не краснеет! — Я, ежели вашему королевскому высочеству угодно знать, накрепко запомнил их гнусные рожи. Им поручено следить за их милостью маркизом Эр-При.
Принц Ракан неожиданно посерьезнел. Он снова повернулся к Ричарду.
— Так это правда? — удивленно спросил он.
Дик смутился так, что у него заполыхали уши.
— Их выследил Гилл, — выдавил он из себя единственную во всей этой истории правду, мысленно проклиная свое неумение лгать.
Но Альдо Ракан, очевидно, превратно истолковал его смущение. Принц с озабоченным видом посмотрел на Иноходца.
— Что Дораку нужно от тебя? — нахмурившись, спросил он.
Робер пожал плечами.
— Ходят слухи, что мой дед скоро умрет, — пояснил он. — Сильвестру не нужен лишний претендент на Эпинэ в моем лице.
Принц снова перевел взгляд на Дика.
— Герцог Анри-Гийом действительно так плох? — хмуро поинтересовался он.
— Я так слышал, — неохотно отозвался Ричард. В его голове медленно, но неуклонно начинало светлеть.
— Где слышал? В Эпинэ? — уточнил принц.
— Нет, в Агарисе. Я не могу говорить об этом, ваше высочество, — твердо пресек Ричард дальнейшие поползновения вытащить из него дополнительную информацию.
Принц пожал плечами и обратился к Роберу с небрежным вопросом:
— Ты-то хоть понимаешь, что тут вообще происходит?
— Откуда? — равнодушно отозвался Робер. — Знаю только, что в Агарисе не рады возможности увидеть правителями Эпинэ Колиньяров.
Альдо Ракан пытливо посмотрел в лицо своему Первому маршалу, потом внимательно оглядел Дика и спросил с невинным видом:
