— Когда вы уехали, чтобы присоединиться к ополчению, вы не знали об опасности. Враждебные действия шли на севере. Чероки считались союзниками. — Она помолчала. — И вы не знали о ребенке.
Теперь она могла видеть выражение его лица и почти пожалела об этом.
— Я вижу, что вы говорили с Кэролайн.
Рэчел села в кровати, откинув упавший на лицо локон.
— Да, говорила. — Она чуть приподняла подбородок и с вызовом встретила его взгляд. — Она мне все рассказала.
— Тогда чего вы от меня хотите?
— О Боже, да я просто хочу, чтобы вы поняли, что здесь нет вашей вины. Что совершенно ни к чему вам продолжать жить с этим чувством вины.
Рэчел вдруг поняла, что почти кричит, и понизила голос.
Казалось, этот взрыв ничуть на него не подействовал.
— А она говорила вам, что Мэри просила, чтобы я не уезжал? Что она плакала, умоляя меня остаться или взять ее с собой? Что я отмахнулся от ее просьб, говоря, что так будет лучше, что ей тяжело было бы следовать за ополчением?
— Я уверена, что так бы оно и было.
Он с невеселой улыбкой покачал головой:
— Вы все еще ничего не поняли, верно?
— Я стараюсь понять. — Рэчел вслушивалась в свое открытое ему сердце.
— Я не хотел, чтобы она была со мной. Потому что я не любил ее. — В его словах звучало отвращение к самому себе. — Она была воплощением чистоты и нежности, и все, кто ее знал, не могли ее не любить… за исключением ее собственного мужа. — Он с шумом втянул воздух. — И она умерла, потому что я оставил ее.
Прежде чем она успела что-то сказать, Логан встал и направился к двери, поправляя набедренную повязку. Когда дверь за ним закрылась, Рэчел рухнула обратно на подушки.
Чего ради она настаивала? Очевидно, в некоторых вещах ему не хотелось сознаваться… даже самому себе. А она зачем-то упорно откалывала кусочек за кусочком от той стены, которой он себя окружил, как будто отдирая корку с заживающей раны. И для чего? Чтобы она снова начала кровоточить? Рэчел закрыла глаза и глубоко вздохнула. Ему не хотелось говорить или думать о своей умершей жене. Он хотел все забыть. А она, Рэчел, должна была спасти его жизнь, а вовсе не делать ее невыносимой.
Просто спасти его жизнь.
Легко сказать. Но сейчас она была не ближе к своей цели, чем когда впервые очутилась у его хижины. Нисколько не ближе к возвращению в свою собственную жизнь.
Единственное, чего она добилась, — это вызвала в нем неприязнь к себе. И хотя Рэчел говорила себе, что ей все равно, сердцем она знала, что ей это вовсе не безразлично.
— Заходите, Логан. Я не сплю.
Прошло уже четыре дня, и Кэролайн настолько окрепла, что теперь сидела в кресле-качалке у камина. Малышка Лиз мирно спала в колыбели рядом с кроватью, выставив крошечный задик.
Глядя на нее, Логан подумал о своей собственной дочери.
— Эта девица как будто с каждым днем становится длиннее.
— Знаю. — Кэролайн улыбнулась преисполненной гордости улыбкой и кивнула на глубокое кресло справа от себя. — Посидите немного со мной.
После того как он устроился в кресле, вытянув к огню длинные ноги в наножниках, наступило молчание. Кэролайн не поднимала глаз, занятая шитьем маленькой рубахи.
— Это для Калану, — наконец сказала она, приподнимая рубаху за плечи. — Еще один из моего выводка, который растет как на дрожжах. Вечная проблема с их одеждой.
Все же она сложила рубаху у себя на коленях и внимательно поглядела на него:
— Я все время думала, когда же вы зайдете поговорить.
— Откуда вы знали, что я зайду? — Он и сам не знал, черт побери, пока вдруг не обнаружил, что стучится в дверь ее спальни.
— Можете называть это интуицией. А может, я просто заметила, что вы не находите себе места.
— Я всегда ищу, чем бы заняться.
— Тогда, наверное, я решила, что вам надо облегчить душу. По тому, как вы смотрите на Рэчел… Где она, кстати?
— Играет с Алкини вместе с Калану и Мэри. Как бы она не взяла ваших детишек с собой, когда придет время отправляться.
Ее улыбка исчезла.
— Разве вы нас покидаете? Мы с Вольфом надеялись, что вы хотя бы зиму проведете здесь. Или останетесь насовсем — треть Семи Сосен ваша.
— Я собирался отправиться в Чарльзтаун повидать Джеймса.
— И только поэтому?
Не сводивший глаз с жарко пылающих поленьев, Логан взглянул на нее с некоторым удивлением:
— Да. — Он шумно выдохнул: — Нет. Я подумывал поговорить с доктором, пока буду там.
Она наклонилась, тронув его за рукав.
— Вы нездоровы?
Логан похлопал ее по руке, отрицательно качнув головой. Славная женщина жена его брата. Она ему понравилась с самой первой их встречи, когда он был так пьян и преисполнен сознания своей вины, что еле держался на ногах. С годами это впечатление только усилилось.
— Тогда в чем же дело?
— Рэчел… она говорит странные вещи. — Он откинулся на спинку кресла.
— Мы с ней разговаривали. — Он повернулся, ловя ее взгляд, и она продолжила: — О ее… прошлом.
— Значит, вы знаете? Про двор короля Георга, про широкий рот королевы Шарлотты и про то, что в нее влюблен брат короля?
— Влюблен в Рэчел? — Кэролайн сложила ру на груди. — Об этом она не говорила. Ну, сейчас она вряд ли стала бы это упоминать.
