Золотая вспышка полыхнула снова. Анна Луиза выгнулась, и застыла, широко открыв рот, междя ее губами стала скапливаться каменная пыль, и сами губы окаменели, и я встряхнула руками и полоснула по статуе молниями. С шумом и шорохом бывшая королева рассыпалась в прах.
Пыль, камень и мусор — вот, что осталось от Кентарийских правителей.
— Победа! — закричал Ченг.
— Победа! — заорал и капитан Фа.
А Забияка спикировал к Умнику и обнял его крыльями.
— Как ты, приятель? — спросил он.
Умник приоткрыл сапфировый глаз.
— Не дождетесь, — пробурчал он. — Я еще на именинах погуляю.
Я засмеялась, и вдруг почувствовала, как слабость накрывает меня с головой. Колени подогнулись, голова наполнилась звоном и я на миг провалилась в темноту.
А очнулась уже в заботливых объятиях, и такой родной и близкий голос повторял:
— Пичужка? Очнись, родная! Ты в порядке? А малышка?
Я вздохнула и ответно обняла Дитера.
— В порядке, — прошептала я и снова почувствовала, как слезы помимо воли капают из глаз. — Мы правда победили? Правда?
— Правда, — ответил Дитер и обнял меня крепко и нежно. — Я так боялся за тебя, любимая. Так боялся потерять тебя и дочку…
— Я тоже, Дитер, — мягко произнесла я. — Смотри!
Обняв его, я завороженно наблюдала, как Черное Зеркало вращается все медленнее и медленнее, сереет, почти сливаясь с рассветным небом.
— Нельзя допустить, чтобы портал открылся снова и привел за собой новых монстров, — серьезно ответил Дитер и снял с пальца перстень, покрутил в руках, рассматривая на свет.
— Но теперь мы можем управлять ими! — возразила я, показав и свой артефакт.
— Кто знает! — отозвался Умник, встряхиваясь, как пес. — Лучше не искушать судьбу.
Он подлетел ко мне и широко разинул пасть. Раздвоенный язык слизнул перстень с моей руки, как хлебную крошку.
— Ам! — весело повторил и Забияка, глотая перстень Дитера, и блеснул алыми глазами. — Жжется!
В момент, когда драконы проглотили атрефакты, Черное Зеркало растаяло совершенно, и небо заалело заревом восходящего солнца. Я счастливо вздохнула и прижалась к груди мужа, прошептав:
— Теперь у нас все будет хорошо. Мы так долго шли к нашему счастью…
— Ты и правда прошла через три страны, — засмеялся Дитер, гладя меня по животу.
— И даже из другого мира, — ответила ему и потянулась губами.
Он поцеловал меня, долго и сладко. Я зажмурилась от удовольствия, словно опять погрузилась в место, где не было ни пространства, ни времени. И только услышала удивленный вздох и обескураженный возглас Ченга:
— Ну ничего себе проявления братской любви!
Мы прервали поцелуй и прыснули от смеха. Я покраснела, спрятав лицо на плече Дитера.
— Что такое? — проворчал он. — Супругам не запрещено целоваться!
— Я подозревал, — грустно проговорил капитан Фа.
Оглянувшись, увидела его, усталого, улыбающегося немного печально. Но в его взгляде не было ни злости, ни тоски. Перехватив мой взгляд, он спросил:
— Так как же твое имя на самом деле, лейтенант?
— Мария, — улыбаясь, ответила я и слегка отстранилась от Дитера. — Прости, я не могла сказать раньше.
— Понимаю, — кивнул он. — Тогда… Позволите, Ваше Сиятельство? — обратился он к Дитеру.
Генерал приподнял бровь, но ничего не сказал. Тогда Фа Дэ-Мин подошел ко мне, взял ладонь и почтительно коснулся ее губами.
— Простите, что был так несносен, — искренне произнес он. — И простите за мою самоуверенность. Первая любовь, как и иллюзии иногда больно ранят, но я приму этот урок, как подобает мужчине.
— Я люблю тебя как друга, Фа Дэ-Мин, — я нежно пожала его ладонь. — Мне хотелось бы, чтобы ты был счастлив.
— Так и будет, — улыбаясь, но все еще тая в глазах грусть, ответил он. — Я счастлив называться твоим другом. И если понадобится моя помощь, вы оба можете опереться на мое плечо. — Он повернулся к Дитеру и сдержанно кивнул: — Будьте счастливы, генерал. Вы заслужили такое сокровище.
— Будь и ты, капитан, — улыбнулся Дитер. — Горжусь, что мы сражались плечом к плечу.
«Мы еще найдем ему прелестную альтарку или фессалийку, госпожа», — мурлыкнул в голове Забияка.
«Может, и кентарийку, — подхватил Умник. — В конце концов, теперь вам всем придется проводить больше времени в Кентарии».
— Это еще почему? — вслух спросила я, моргая от удивления.
— Да потому, что стране нужна теперь сильная и справедливая рука, — подмигнул Умник. — Ведь король Элдор умер.
— Умер, — подхватил Забияка, — и да здравствует новый король Дитер!
— И наша прекрасная королева!
Оба дракона перевернулись в воздухе, хлопая крыльями и свиваясь хвостами. Глядя на их ужимки, я не смогла сдержать улыбки, хотя щеки заливал румянец.
— Королева, — повторила я и с сомнением посмотрела на Дитера. — Разве это возможно?
— Нет ничего невозможного, моя пичужка, — ответил он и снова притянул меня к себе, погладив по животику. — К тому же, не забывай! Дочке нужно приданое.
— А Оракулу мама и папа! — подхватил Умник.
— И новая колыбелька, — кивнула я. — Дитер, ты не представляешь, какую колыбельку я видела в… ээ… во сне. А еще покрывало, расшитое цветами и отороченное кружевом, и…
— Мы займемся этим в ближайшее время, — пообещал Дитер.
