Разочаровавшись в том, что события не такие уж и насыщенные, как ожидалось, девушка лениво помешивала давно и безнадёжно остывший латте.
— Было ещё кое-что, — немного посомневавшись, всё же решила поделиться. — Перед этим со мной что-то случилось. Как будто сердечный приступ. Воздуха не хватало, и сердце почти перестало биться.
По телу даже дрожь прошлась от одного воспоминания о болезненных ощущениях.
— Воздуха стало не хватать… Сердце остановилось… — повторила Маша. — Агония по всему телу и судороги, да?
— Да, — в удивлении подтвердила я.
— А что было перед самим приступом? — изучающе уставилась на меня.
Словно точно знала — это «что-то» обязательно было. Но я нагло проигнорировала её взгляд и промолчала, допивая свой напиток. Инициированная ведьма шумно вздохнула и грустно улыбнулась.
— Он тебя поцеловал во время приступа, да?
Кивнула в ответ, не поднимая глаз.
— Он твою инициацию остановил, — тихонько сказала Маша.
— Твою ж… Вселенную! — выругалась Ангелина.
— Думаешь? — не поверила я ей.
— Знаю.
Дальнейший спор выглядел бы бессмысленно.
Кто, если не она знала, каким образом проходила инициация?
Теперь уже и я призадумалась.
— Зачем ему это? — устремила непонимающий взор на обеих подруг сразу.
Зерно сомнения уже поселилось в моей душе. Причём не только по поводу прерванной ведьминской инициации.
— Инициированная беззащитная неопытная ведьма — как венец падшего Паладина. Очень ценная добыча для любого, — усмехнулась Мария, кладя свою руку поверх моей.
— Венец падшего Паладина? — переспросила вторая девушка.
Теперь уже и Ангелина не понимала сути диалога.
— Паладин — что-то вроде Архангела, но выполняет грязную работёнку, которую святым по статусу не положено делать. Паладины сильны и бессмертны. Ни один вид магии на них не действует. А если кто-то из них совершает проступок, то у них отбирают крылья, но поскольку они технически не ангелы, то демонами тоже не становятся — превращаются в обычных людей. Их сила заключается в обруч артефакт, который позволяет оставаться такими, как раньше, только уже без крыльев и высшей благодати Создателя, — на автомате выдала я то, что знала.
— Откуда ты столько знаешь про этих, которые падшие? — удивилась уже Маша.
М-да… И кто меня за язык тянул?!
— Моя мама когда-то была вынуждена выйти замуж за одного из них, — пожала я плечами.
Родители не любили вспоминать эту часть их прошлого. С другой стороны, с тех пор не одно измерение обсуждало эту историю, так что от того, что я только что тоже обмолвилась о ней, вреда быть не должно.
— Прайм Киринион, когда-то правящий в измерении Алнаир, подарил ей половину своего, — дополнила вынужденно, раз понимание так к ним и не пришло.
— Ого! — восхищению в глазах инициированной ведьмы не было предела.
— А сейчас что с обручем? — оживилась и Ангелина.
— Отчим заключил сделку, — о том, что с Ангелом Смерти я деликатно умолчала, — чтобы убить падшего. Взамен он отдал обе части венца.
— А кесарь оказывается не так-то прост, — ухмыльнулась подруга детства, обдумывая сказанное. — Получается, Артур уберёг тебя от непредвиденных обстоятельств?
— Получается, что так, — согласилась я.
Собственные мысли больше заставляли задумываться о том, что вчерашний поцелуй был не столь в порыве чувств, как бы мне того хотелось. Остальное казалось менее важным.
— Ох… не повезло же тебе, — отреагировала с сочувствием Маша.
Пластиковая белая коробочка в кармане пальто завибрировала. Артур прислал сообщение.
Art: Что-то случилось?
Eva: Все норм. Закончу через полчаса.
Убрала смартфон обратно и подозвала официанта, чтобы он приготовил нам счёт.
— Уже собираешься? — с грустью спросила Ангелина.
— Мне надо вернуться в универ. Скоро Артур приедет, — кивнула согласно.
Деликатно умолчала о том, что он будет ждать меня именно там, а не около кофейни, о визите в которую я сообщить не удосужилась.
— А-а-а, понятно, — протянула тоскливо Маша, но через паузу моментально оживилась: — В субботу будет вечеринка по окончанию семестра. Придёшь? — достала из своей сумочки соответствующий флаер и протянула мне.
Я же с грустью подумала, что вряд ли Артур подпишется на тусовку в обществе пьяных студентов. Тут же вспомнились глаза цвета первой весенней травы.
Разум снова поплыл в далёкие дали, воссоздавая образ прикосновений сильных рук и мягких, обжигающих холодом губ… Я не хотела плакать. Но слёзы не спрашивали дозволения. Просто предательски скатились с ресниц. Обида в душе вновь просилась наружу. И остановить её у меня никак не получалось.
— Ева? — сразу заметили изменения девочки. — Ты чего? Что такое?
Их вопросы сыпались в один голос. Но я была не в состоянии отвечать.
— Нормально всё. Честно, — отмахнулась от подруг, вкладывая купюру за шоколадный напиток в принесённую официантом обложку. — Просто нужно подышать. До завтра, девочки, — быстро попрощавшись, надела пальто и почти бегом устремилась на улицу.
