— А ты точно с Аксартона? — настороженно спросил он.
От ярко-красного алмаза взгляда так и не отвёл.
— А если нет, что тогда? — поинтересовалась деловито.
Только некромант меня будто и не слышал.
— В тебе кровь архивампира, — протянул задумчиво брюнет, всё ещё пристально рассматривая ювелирное изделие. — Много крови архивампира, — дополнил мрачно.
Горящий в глазах огонь приобрёл багровый оттенок. Смотрелось довольно устрашающе.
— И? — отозвалась осторожно.
Помрачневший некромант так и не ответил ничего. Не успел просто-напросто.
— Заводишь новые знакомства? — раздалось за моей спиной надменно и холодно.
Пространство озарилось магическим плетением, отделившим мага от Древнего.
— Рад был пообщаться, — вежливо склонил голову некромант.
Вот только сухость в его тоне предполагала совершенно иное.
— Заходи ещё, малыш, — любезно сообщил блондин.
Фиолетовое пламя с багровыми бликами так никуда и не делось. Но иной реакции от адепта АБМ не последовало. Он просто ушёл.
— Я искала тебя, — развернулась к архивампиру.
Раз уж он себя излишними церемониями не утруждал, решила быть взаимной.
— Способность делать выводы мне ещё не совсем отказала, — ухмыльнулся повторно Арт.
Скрестил руки на груди и прошёлся по мне пристальным придирчивым взором, словно искал что-то определённое, чего никак не находил. Стало не по себе.
— Венца падшего на тебе нет… Почему? — дополнил он задумчиво.
Упоминание об артефакте вынудило содрогнуться. И соврать.
— Понятия не имею о чём ты, — пожала плечами напоказ безразлично.
— Даже так… — хмыкнул архивампир, прищурившись.
Воцарившаяся пауза длилась долго. Пока Древний продолжал визуально сканировать меня, а просто старалась вытерпеть эти мгновения. Мысли кружили в сознании, будто вечно работающая дрель. Хотелось задать миллион вопросов. Ведь именно за этим пришла сюда. Но в то же время я боялась услышать хотя бы один ответ. Вот и молчала.
— Идём, — скомандовал он спустя минуту.
Не дожидаясь моей реакции, просто подхватил под руку и потащил в сторону выхода.
— Ты прошла инициацию, — проговорил Арт, стоило нам оказаться на улице.
Не спрашивал. Но и не утверждал. Вероятно, хотел, чтобы я сама решила, вопрос ли это или уже ответ. Мы свернули с вымощенной брусчаткой дорожки на тропинку, ведущую к искусственному пруду в небольшом парке. На фразу архивампира я так и не сказала ничего. Он тоже молчал. Даже тогда, когда мы дошли до водоёма.
— Арт? — не выдержала гнетущей тишины первой.
Горечь, страх — всё перемешалось в моём голосе. Однако взгляд цвета первой весенней травы был устремлён строго в глубину водной глади. Древний не обращал на меня внимания. Будто и не было меня рядом. Словно я — пустое место. Не существовала вовсе.
— Я всего лишь очередная страница в твоей долгой и одинокой жизни… — дополнила тихо.
Тоже не вопрос. Пусть сам решит, что это может быть и ответом.
— Арт, — позвала вновь.
Но он всё ещё молчал. Ни слов. Ни движений. Ничего. Со мной только безграничная боль.
— Арт! — уже не звала, кричала я.
Мужчина вздрогнул.
— Да скажи же мне хоть что-нибудь! — потребовала в откровенном отчаянии.
И всё равно не дождалась ответа. Водная гладь отразила сияние вспыхнувшего позади нас портала. Лазурно-бирюзовое свечение межпространственного излома было открытого магией водной стихии. И если единственный знакомый мне представитель этого дара появился таким способом — значит, что-то произошло. Что-то плохое…
— Ева! — окликнул Даниэль.
Во мне будто что-то сломалось. Сердце пропустило удар.
— Арт? — взмолилась в последний раз.
Но и то осталось безответным. Как и все мои чувства.
— Ева! — повторил архимаг водной стихии. — Потом поговорите. Я за тобой. У нас очень мало времени. Надо идти. Твоя мать тебя зовёт.
Я ещё раз посмотрела на неподвижного архивампира и развернулась в сторону Даниэля.
— Вы умеете искажать пространство? — поинтересовалась тихонько.
Смахнула с лица слёзы и попыталась изобразить искреннее любопытство, будто мне на самом деле интересно завести новую беседу.
— И об этом никто не должен знать, — мрачно отозвался архимаг.
Без лишних церемоний он толкнул меня в портал. Всего шаг — мы оказались в одной из спален родового поместья Ашерро. Ночной мрак вокруг разгонял лишь тусклый свет луны, едва ли в полную меру пробивающийся сквозь узкое окно. Но мне не нужно было разглядывать окружающую обстановку, чтобы чётко и ясно осознать — что-то действительно случилось. Нехорошее. Непоправимое. Ощутила это всей своей сутью.
— Мама!
Лазурно-бирюзовые пульсары осветили пространство.
— Мама, — повторила, но уже беззвучно.
Она лежала среди чёрных шёлковых простыней, пропитавшихся её кровью. Глаза закрыты. Неподвижная. Без единой руны на бледно-фарфоровой коже.
— Мама!
Я подошла ближе. Рухнула на колени прямо на пол. Обхватила её сжатую в кулак ладонь обеими руками. И, как ни старалась уловить хотя бы намёк на дыхание… не получалось.
— Мама, — позвала снова.
Но она не реагировала. Женский силуэт застыл. Навсегда.
— Мамочка моя. Мама, — говорила я одно и то же, будто в бреду. — Мамочка моя…
Та, которая только дала новую жизнь, отдала взамен свою.
