Сердце Ведьмы полностью

Лишь ведьма снова собралась спросить его о платье, он стянул его и, отбросив в сторону, поцеловал её так, словно не видел целую вечность, а после поцелуя потянул на травянистый берег. Когда всё закончилось, они ещё некоторое время просто лежали, глядя на полную летнюю луну, вспотевшие и задыхающиеся. Потом Ангербода приподнялась и поинтересовалась:

– Так что там по поводу тебя в платье?

– Точно, платье!

Локи тоже поднялся и передвинулся, чтобы сесть на большой камень, нависающий над ручьем. Женщина устроилась рядом с ним, и он приступил к рассказу:

– Итак, однажды утром Тор проснулся и не смог найти свой молот, Мьёльнир.

– Как же он мог потерять столь важную вещь?

– Честно говоря, сам Тор, образно выражаясь, не самый острый топор в арсенале Асгарда. Как бы то ни было, он не нашёл его тем утром и по какой-то причине первым делом пришёл ко мне – вероятно, думая, что я его взял.

– А это и правда был ты?

– В кои-то веки я оказался ни при чём! Так вот, он пришёл ко мне, и мы решили, что это происки великанов.

Ангербода нахмурилась:

– Это первое, что пришло тебе в голову? Обвинить своих?

Локи махнул рукой.

– Нет, нет, видишь ли, Тор использует молот в основном только для сражений с ётунами, так что он не особенно признаёт других врагов.

Ведьма молчала, глядя на воду внизу, и ей захотелось поболтать в ней ногами.

– Поэтому я сказал, что, вероятно, должен выяснить, кто всё-таки его взял, – продолжал Локи, тоже опуская ступни в ручей. – Итак, мы пошли к Фрее и попросили её плащ сокола…

– Ради всех Девяти Миров, зачем тебе понадобился плащ Фрейи, если ты можешь превращаться в сокола по своему желанию?

Мужчина открыл было рот, чтобы ответить, но ничего не произнёс и лишь пожал плечами.

– Может, потому, что ты хотел усложнить ей жизнь? – рискнула предположить Ангербода.

– Именно – потому что я хотел усложнить ей жизнь! – с удовольствием подтвердил он. – Потому что знаю, как сильно Фрейя ненавидит одалживать свои вещи. Но она дала мне плащ в этот раз, ведь её попросил сам Тор. Итак, я полетел в Ётунхейм и встретил великана по имени Трим, который признался, что действительно украл молот Тора – кто бы ещё сказал мне, каким образом? – и отдаст его, только если получит Фрейю в жены. Я вернулся, и Тор велел мне не снимать волшебную накидку, потому что, как только я сяду, всё тотчас забуду…

– Это так похоже на тебя, любовь моя.

– Совсем не похоже.

– Да неужели? Ты помнишь, что ел сегодня утром на завтрак?

– У меня был очень насыщенный день.

– Так я и подумала.

Локи скорчил гримасу и продолжил:

– Так вот, я рассказал им, что молот у Трима и он обменяет его только на Фрейю, но та отказалась в подобном участвовать. Что было очень неудобно для богов, поэтому они собрали совет, чтобы решить, что делать дальше. А потом Хеймдалль, страж моста и мой заклятый враг…

Ангербода подняла брови.

– У тебя есть заклятый враг?

– Он видит всё на свете, Бода. Как если бы Один решил постоянно сидеть в своем кресле и непрерывно осматривать все Девять Миров. Вот таков Хеймдалль. Из-за него очень трудно незаметно перемещаться по Асгарду, а я очень часто этим занимаюсь. Так или иначе, он предложил одеть Тора как Фрейю и отправить его на свадьбу с Тримом. – Локи вздохнул с лёгкой завистью. – Вот бы мне самому пришла в голову такая блестящая идея.

– И Тор обрадовался такому предложению?

– Конечно, нет. Он заявил, что его мужское достоинство сильно пострадает, но обошёлся при этом меньшим количеством слов. На что я посоветовал ему заткнуться и просто сделать это и сказал, что я отправлюсь с ним под видом его служанки.

Ангербода фыркнула.

– Так вот зачем ты надел платье. Но ты ведь можешь менять облик – ты и раньше принимал женские обличья, так почему было просто не превратиться в женщину?

– Потому что это было бы не так весело, – сказал Локи. – Итак, мы нарядили Тора и отправились в Ётунхейм, но он даже не пытался притворяться и вёл себя как обычно, так что мне пришлось постоянно его прикрывать. Затем, наконец, великаны принесли молот в качестве свадебного подарка, Тор схватил его и всех там поубивал.

Ангербода ничего не ответила.

– Вот так сын Одина получил свой молот обратно, – заключил мужчина, – а я оказался в платье. Это произошло сегодня вечером – как только мы вернулись в Асгард, я направился сюда. Разве не замечательная история?

– Она закончилась пиршественным залом, полным наших мёртвых сородичей, – глухо проговорила ведьма.

Локи поморщился.

– Сородичей? Держу пари, мы никого из них даже не знали. Это были худшие представители ётунов. Глупые, грубые, злобные. Они нам не родственники и не наша семья. И вообще, какое тебе до них дело?

Ангербода жестом указала на себя и на мужа.

– Мы с тобой оба великаны. И насколько я знаю, некоторые из убитых могли торговать со Скади или Гёрд, или использовали мои зелья, или…

– Кстати о Скади. Она так разозлилась, когда узнала, что Тор убил всех на пиру. Она уже готова была покинуть чертог Одина, как вдруг он потребовал, чтобы она сказала, на чьей стороне находится.

Женщина без труда представила себе это.

– И как она поступила?