Сердце Ведьмы полностью

Женщина замолчала и сердито уставилась на него в ответ, потому что полностью верила, что он может осуществить свою угрозу. Хотя ей и не было страшно, но пока она ещё дышала, был шанс, что ей удастся отговорить асов. Шанс, что она сможет сделать что-то. Увы, путы держали крепко – и более того, обжигали обнажённую кожу запястий.

– Кстати, о Локи, – поинтересовался Тюр, – куда он опять запропастился?

– Я здесь, – бесцветным голосом произнёс Локи, ступая по тропинке. Он на долю секунды взглянул на жену – ровно на столько, чтобы продемонстрировать, что он заметил её, её боль и распущенные волосы, но быстро спрятал свое горе под ничего не выражающей маской – и затем отвёл глаза.

Только теперь Ангербода смогла оценить, насколько непохож он был на остальных присутствующих на поляне асов. Тор, Тюр и Фрейр, все как один, имели внушительные массивные фигуры и носили бороды. В то же время Локи, хоть и был высоким – почти одного роста с Фрейром, самым низкорослым из троицы, но также худощавым, гибким и гладко выбритым, выглядел довольно хилым по сравнению с богами. Да и его мрачное выражение лица также противоречило удовлетворению, написанному на лицах богов и Фрейи. Фрейр в этом снова оказался исключением, поскольку всё ещё выглядел довольно смущённым всей ситуацией.

– Папочка! – воскликнула Хель, увидев Локи, и стала извиваться ещё яростнее, пытаясь освободиться из рук Фрейра. – Папа, помоги! Они собираются забрать нас отсюда!

– Замолчи уже, глупая. Ему на нас плевать, – не выдержал Фенрир. – Он с ними заодно. Он такой же плохой, как и они.

Все четверо богов уставились на него широко раскрытыми глазами.

– Оно разговаривает, – воскликнул Тор.

– Причём у нас в головах, – добавил Тюр.

– Как интересно, – протянула Фрейя, а Фрейр ещё больше напрягся.

– Мы можем просто уйти? – спросил Локи. – Вы получили то, за чем явились. Давайте уже покинем это место.

Хель ахнула при этих словах, её огромные глаза распахнулись ещё шире и снова наполнились слезами, но Локи даже не посмотрел в её сторону.

– Напомни, зачем он нам вообще здесь понадобился? – поинтересовался Тор у Тюра. – Разве Гёрд не могла сама привести нас сюда? Если он просто будет стоять здесь и ныть…

– Он был нужен нам, чтобы отвлечь мать, помнишь? – сказал Тюр. – Правда, даже с этим не справился.

– Я мог бы просто проломить ей череп, – пробормотал Тор, казалось, почти разочарованный тем, что ему не представилось такой возможности.

– Это так? Всё было уловкой? – обратилась Ангербода к Локи. – Тор прав, он мог бы справиться со мной достаточно быстро, но они заставили и тебя поучаствовать в этом? Чтобы не только навредить, но и поглумиться?

Она покачала головой.

– Вы, боги, действительно жестоки.

– У меня не было выбора, – тихо ответил мужчина. – Если я хотел остаться среди асов…

– Ах, вот оно что, это был твой собственный выбор. – Колдунья сплюнула ему под ноги. – Жаль, что я не могу сплести достаточно мерзких слов, чтобы описать тебя.

Локи поджал покрытые шрамами губы и отвернулся.

– Ты не будешь плести никаких слов в ближайшее время, ведьма, – заметил Тюр. – Только потому, что Локи – кровный брат Всеотца…

– Ты ему не брат, – сказала Ангербода Локи, который больше не поворачивался к ней. – И я тебе не жена. Ты оказываешь мне дурную услугу, отнимая детей и оставляя меня в живых горевать по ним.

– Тебе лучше помолчать, – тихо, почти умоляюще произнёс Локи.

– Она сама напрашивается, – воскликнул Тор. – Давай, Локи. Возьми у Тюра сакс[3] и сделай это. Она же твоя жена – сделай ей одолжение и избавь от страданий.

– Хватит, – одёрнула его Фрейя, сморщив нос. – Ты прекрасно помнишь, что сказал Всеотец. Оставьте её в покое, и пойдём. Скверное дело – убивать жену родича, троллиха она или нет.

– Верно говоришь. Да и всё равно, мне это уже надоело, – согласился Тор, закидывая мешок на плечо. – Возвращаемся в Асгард. Из-за этой суеты по поводу детей-чудовищ я пропускаю превосходный пир. И, Фрейр, тебе лучше сделать так, чтобы девчонка заткнулась.

Хель громко всхлипнула и завопила:

– Нет!

Подстёгнутая криком дочери, Ангербода снова рванулась вперёд, не обращая внимания на путы.

– Скажи же им, Локи. Скажи, что твои дети не чудовища. Пусть они прекратят это безумие и вернут их мне.

Локи снова повернулся к ней, но его лицо по-прежнему ничего не выражало. Тюр и Тор обменялись удивлёнными взглядами, а Фрейя сложила руки на груди и закатила глаза. Фрейр определённо чувствовал себя не в своей тарелке, потому что Гёрд по-прежнему рыдала, а Хель кричала, а он отвечал за них обеих.

– Мы никому не причиним вреда, – умоляла колдунья, всё ещё обращаясь к Локи. Слезы текли по её лицу, и её трясло так сильно, что боги могли подумать, что она всё ещё пытается освободиться. – Мы никогда никому не причиняли вреда, и ты это знаешь. Мы не лезем в чужие дела. Скажи им. Прошу.

– Я уже сказал тебе, – просто ответил Локи, – что сожалею.