Сердце Ведьмы полностью

– Я этого не видела, но… – осторожно произнесла ведьма. – Послушай, есть ещё кое-что. Я знаю, как умрёт сын Одина, Бальдр, – с этого всё и начнётся. Он будет убит стрелой из омелы, выпущенной рукой его собственного брата. И раз я знаю об этом, то и Один тоже. И если он не попытается предотвратить это, то позволит своему собственному сыну погибнуть… Но в то же время, после того, как все остальные боги будут убиты в последней битве, Бальдр возродится в новом мире. Получается, Один всё равно останется в выигрыше, да? Потому что его сын в итоге выжил. Но как? Как хоть кто-то может выжить в огне Сурта? Он должен выжечь все миры, даже царство мертвых.

– Тогда это просто замечательно, что у твоей дочери есть мать, которая пережила сожжение не один раз, а целых три, не правда ли?

Ангербода уставилась через костер на волчицу, а та в ответ на неё.

– Вот оно, – выдохнула женщина. – Вот и разгадка. Нужна какая-то защита от огня. Что-то вроде щита или… – Но затем надежда в её глазах угасла. – Но как мне удалось пережить пламя, будучи Гулльвейг? Я действительно умирала трижды или я просто каким-то образом смогла защитить себя?

– Это хороший вопрос, который следует задать самой себе, – сухо сказала волчица, глядя на неё огромными и блёклыми в свете костра глазами. – Возможно, первым делом тебе нужно вновь научиться творить сейд. И дальше уже думать.

– Ты не ошибаешься в этом, друг мой, – согласилась Ангербода. На неё неожиданно свалилась невероятная усталость от всех сегодняшних разговоров и мыслей, но в то же время её разум гудел от открывшихся перед ней возможностей. – Мне кажется, чтобы вернуть себе силы, мне ни к чему возвращаться в пещеру. Что-то подсказывает мне продолжать мои странствия.

– Это снова говорит твоя интуиция, Мать-Ведьма. Доверься ей.

Колдунья кивнула.

– Может быть, это означает, что существует кто-то, кто может помочь пробудить мои способности. Я просто должна его повстречать. – Она сделала паузу. – Ты пойдёшь со мной?

– Полагаю, это лучше, чем умереть, – устало ответила волчица, закрывая глаза, – хоть и ненамного.

Странствия Ангербоды продолжились, но после того, как она встретила волчицу, голос Матери-Ведьмы больше не звучал в её сознании. Возможно, из-за того, что цель была достигнута – ведьма встретилась со старой подругой. Пусть даже у неё и не было ответов, которые искала Ангербода, но по крайней мере она указала ей дальнейшее направление для поисков. Или, может быть, думала женщина не раз, я больше не чувствую её, потому что она – это и есть я и теперь мы с ней снова едины. Но будь так, не вернулись бы к ней все её воспоминания? Колдунье оставалось только гадать.

И она странствовала дальше по мирам, теперь в обществе волчицы, но уже лучше понимая, что ищет, – пусть внутреннее наитие больше не подсказывало ей путь.

Колдунью это полностью устраивало. Если она и правда была Матерью-Ведьмой, то, как и сказала волчица, интуиция укажет ей верную дорогу. И кроме того, спутник из волчицы был куда весомее, чем бесплотный призрак её прошлой жизни. Так они и путешествовали. Всякий раз, когда путь лежал мимо населённых районов, волчица держалась подальше, чтобы не пугать жителей, а Ангербода теперь не только обменивала свои зелья, но и задавала вопросы – не появлялся ли в этих краях в последнее время ещё кто-нибудь, кто говорил, что умеет колдовать, или просто обладал необычными умениями. Чаще всего местные качали головами и отвечали, что она была единственной, о ком они знали, – кроме случайных мошенников, которые утверждали, что знают заклинания или могут магией рун лечить болезни, но обычно только делали хуже. Ангербоде не хватило бы пальцев одной руки, чтобы сосчитать, сколько раз она доставала из-под подушки больного покрытый неправильными рунами рог, от которого люди заболевали ещё тяжелее.

Порой в тех местах, где она не чувствовала себя в безопасности, колдунья чарами маскировалась под старуху. Волчицу она при этом превращала в охотничью собаку, чтобы та могла сопровождать её. Чем безобиднее они выглядели, тем меньше была вероятность, что люди почувствуют угрозу с их стороны. А сама она угрозу чувствовала всё реже и реже. Теперь Ангербода путешествовала по мирам с определённой целью.

И ещё она обнаружила, что если вести себя так, как будто ничто не может причинить ей неприятностей, то так и происходит.