Однако порадовалась она рано. Вернувшись с ярмарки, Джон за волосы втащил её пажа в грязной и разорванной одежде к ней в комнаты, подтолкнул к её ногам и, дождавшись, чтобы Алекс распластался перед нею ниц, достаточно резким тоном потребовал разобраться с его недозволительным поведением.
– Что случилось? Чем вы недовольны, милорд? – взглянув на замершего на полу пажа, в замешательстве осведомилась Миранда, переведя взгляд на сына герцога.
– Недоволен его недостойным поведением. Будь моя воля, вообще бы вздёрнуть за такое вниз головой приказал, но у вас, может быть, другое решение будет, – губы Джона неприязненно подрагивали, свидетельствуя о его крайнем раздражении.
– А подробнее, милорд, что же всё-таки произошло? – уточнила Миранда, вглядываясь в его раскрасневшееся от долгого нахождения на свежем воздухе лицо.
– Пусть сам расскажет! – неприязненно выдохнул он.
– Говори! – Миранда перевела взгляд на пажа и носком туфельки толкнула его в плечо.
– Я очень виноват, Ваша Светлость… – всхлипывая и явно сдерживая рыдания, выдохнул тот, уткнувшись в пол. – Прикажите казнить.
– В чём виноват?
– Вёл себя недостойно, – срывающимся голосом и перемешивая слова с уже откровенными рыданиями, проговорил юноша. – Я знаю, что заслуживаю казни, Ваша Светлость…
– Что недостойного ты сделал?
– Сбежал, Ваша Светлость.
– Куда и зачем?
– От милорда на ярмарке сбежал… – рыдания начали просто душить его, сотрясать всё тело юноши.
– Куда сбежал, спрашиваю! – теряя терпение, Миранда повысила голос, однако кроме рыданий ответа не последовало, и она повернулась к Джону: – Где вы его нашли, милорд?
– В лесу. Собак по следу пустил и нашёл.
– И что он там делал?
– По болоту шёл… Чуть в трясине мне собак не утопил, совсем в топь полез, идиот. Еле выволокли его оттуда.
– Зачем его туда понесло?
– А я знаю? Молчит он, с чего в лес да на болота рванул.
– Джон, – Миранда, поморщившись, потёрла висок, – можете мне подробно рассказать, когда он сбежал, как и отчего?
– Отчего, это для меня загадка, матушка. Вроде всё нормально было, мы на лошадях подъехали состязания лучников посмотреть. Я спешился, повод ему бросил, велел за лошадьми присмотреть. Сам ближе подошёл. Через некоторое время возвращаюсь. Лошади привязаны, его нет. Я подождал немного, думал, вернётся сейчас. Но нет, не возвращается. Поехал, нашёл отца, он в таверне был, взял слуг, одного послал за собаками в замок. С другими по ярмарке проехался. Соответственно не нашли мы его, дождались собак и по следу пустили. Нашли в болоте. Всё.
– Где сейчас герцог?
– Раз с ярмарки не вернулся ещё, то там, должно быть.
– Вы что, без него моего пажа искали?
– Конечно, – недоумённо повёл плечами Джон. – Это не тот повод, чтобы его тревожить.
– И когда нашли, вы его не допросили? – Миранда кивком указала на пажа.
– Как? – Джон раздражённо хмыкнул. – Молчит он и рыдает только. Убить что ли? Так вы бы сердиться могли начать… Потому к вам и привёз.
– Понятно… – задумчиво протянула она, хотя в сложившейся ситуации не понимала ничего. Поведение пажа было глупым, нелогичным и странным. Тяжело вздохнув, вновь носком туфельки стукнула его в плечо: – Встань!
Тот быстро поднялся, все ещё всхлипывая, и замер перед ней, низко опустив голову.
– Что произошло после того, как тебя милорд Джон с лошадьми оставил?
– Ничего, Ваша Светлость…
– Не лги мне! Не смей мне лгать! Ещё слово лжи и пытать тебя прикажу! А ну честно мне всё рассказывай!
Юноша, прижав руки к лицу, вновь затрясся в рыданиях.
– Говори, сказала! Всё равно заставлю сказать! Говори быстро! – Миранда, властно отведя в сторону его руки, схватила за подбородок и, подняв ему голову, заглянула в глаза: – Говори!
– Отца я там встретил, – нервно сглотнув, признался юноша. – Он меня увидел, спросил, почему я в такой одежде, я сказал. Он орать стал, что лучше бы я сдох, что весь род его позорю, потом ударил, плюнул мне в лицо и уехал. Ну и не выдержал я. Лошадей привязал и побежал в лес, хотел сдохнуть там и в болоте утонуть… Я знал, что за выселками болота непроходимые, туда шёл.
– Ты идиот! – Джон, стоявший чуть поодаль от них, шагнул ближе, схватил его за плечо, рванул в сторону от Миранды, разворачивая к себе, и гневно выдохнул в лицо: – Тебе надо было дождаться меня, и мне это рассказать! Твой отец на коленях бы перед тобой валялся, умоляя простить, а ты бежать вздумал! Как есть идиот безмозглый! Ты давно не его сын, а паж герцогини! Тебя никто не вправе оскорблять! А уж тем более барон какой-то там паршивый… Неужели не понимаешь этого?!
Потом повернулся к ней: – Матушка, вот сил нет, как руки чешутся объяснить барону, что его поведение было недопустимым… Вы позволите?
– Джон, давайте дождёмся возвращения герцога и выслушаем его мнение по этому поводу: надо вам кому-то что-то объяснять или это не является необходимым.
– Хорошо, – Джон поморщился, – раз вы этого хотите. Я подожду, но уверен, у него будет мнение, идентичное моему. Таких выходок он никому не прощает. Это он может унизить, а никак не другие его слуг. Кстати, вопрос о наказании пажа тоже до него оставить хотите?
