— Через несколько дней после этого я почувствовала, что меня преследуют, — она всхлипнула, и на мгновение ее тело замерцало, прежде чем снова стать обычным и полупрозрачным. Словно оно было наполовину в этом мире, наполовину в потустороннем. — Потом кто-то напал на меня словно из ниоткуда и… он отвел меня в темное место, где он… мои волосы… — от ужаса ее голос стал высоким, и она впервые прикоснулась к стриженой голове маленькими ладошками. После чего расплакалась.
— Я еще жива?
— Это удивительно, но да, — подтвердила я, заслужив фырканье со стороны, где стоял клиент. Наверное, я казалась ему слишком бесчувственной, но на мой взгляд, Арнаментии нужны были жестокие факты, а не пустые слова, которые на вкус напоминают мед, а в конечном итоге вызывают боль в животе.
— Этот… неизвестный просто отрезал тебе волосы или…
— Это было во время ритуала. — Она сжала свои полные губы, и ее фиолетовые глаза замерцали. — Жестокого, темного, болезненного.
— Итак, он знал, что делает, и мы можем предположить, что он использует волосы в своих целях и не хочет продавать. По крайней мере, не все.
— Это плохо, да? — краем глаза я отметила, что клиент тем временем снова смог пошевелить плечами. Еще немного, и колдовство полностью перестанет на него действовать.
— Никто из тех, кто крадет волосы вилы, не имеет в виду ничего доброго, — подтвердила я.
— Воняет, — прокомментировал Тино, указывая жестом руки на нашего клиента. Изумленная, я подняла брови. — На тебе лежит тяжелое заклятие.
— Он может его унюхать? — клиент смущенно посмотрел на Тино.
— Нет, просто ему не нравится твой одеколон.
— Я протянула указательный палец и коснулась его запястья, тем самым избавив его от остатков действия сальмиака. Пентаграмма на средней косточке пальца помогла сфокусировать для этого мою слабую магию.
— Спасибо, — буркнул он, разминая конечности, будто не двигал ими уже несколько часов. От него по-прежнему веяло какой-то драмой. Ну, прелестно!
— На этом мы остановились. Вот почему я здесь. Из-за заклятия, которое обрушилось на меня…
— У меня нет на это времени, — прервала я его и отвернулась, чтобы взять оружие.
У меня была перед глазами конкретная цель. Мне нужно выяснить, кем был этот неизвестный мне черный маг и что он задумал делать с волосами вилы. Возможно, если мне крупно повезет, на месте преступления я найду одну прядку. Она не была необходима для моей цели стать повелительницей Порочных, но могла бы кое-что облегчить.
— Ты можешь вспомнить точное место, где ты ее нашел, Тино? — вместо нескольких мешочков я взяла небольшую кожаную сумку, куда засунула сальмиак для заклятий и всевозможные целебные средства в склянках разного размера. Кроме того, на другой полке я разыскала свои скальпели и свечу Гоморры, которая, будучи зажженной, делала меня невидимой для любого нападающего.
Тино подошел к старой карте Нового Орлеана, висевшей на стене в рамке, и нажал толстым пальцем на Эспланада-авеню, угол Северной Рошблав-стрит.
— Сад, — выдавил он и снова повернулся к виле. — Менти.
Я мгновенно поняла, что сейчас он дал ей ласковое домашнее имя. Господи!
— Ты хочешь найти того, кто на меня напал? — спросила Арнаментия тихо. — А если он тебя одолеет?
— Этого не будет, — тут же отозвалась я.
— Ты что, своего рода мстительница за маленьких? — напомнил о себе незнакомец, о присутствии которого я совсем забыла.
Я бросила на него недовольный взгляд и не стала отвечать. Не важно, что он понял, насколько сложной оказалась ситуация.
С тех пор как я решила совершить ритуал, чтобы стать повелительницей Порочных, я пристально следила за всеми магическими действиями в Новом Орлеане. Я не могла позволить себе, чтобы кто-то узнал об этом или — что еще хуже — начал бы этот ритуал сам.
До сих пор я время от времени имела дело с результатами черномагических ритуалов, но это всегда было колдовство, которое могло быть связано с политической властью или личной местью. Но кража волос вилы говорила уже о другом уровне магии. Она не указывала прямо на ритуал для завоевания титула повелительницы Порочных, но, как и я, незнакомец или незнакомка могли осознать, насколько легче было бы провести этот ритуал с помощью волос вилы.
В отличие от меня, этого кого-то, к сожалению, ничто не удерживало от сбрасывания невинных в бездну.
— Позаботься о ней, — велела я Тино и шагнула через дверь, но клиент удержал меня за руку.
Не успев обдумать дальнейшее, я вывернулась из его хватки отработанным движением и хорошенько двинула ему по щеке кулаком другой руки, туда, где и так уже был синяк.
— Никогда больше не прикасайся ко мне!
— Ай, — воскликнул он преувеличенно громко. Не так уж сильно я ему и врезала. — Извини, я хотел… ты ведь не пойдешь туда сейчас одна, правда? — Он потер больное место, и оно стало выглядеть еще хуже.
— Мне не нужен рыцарь в блестящих доспехах, которого мне все равно придется спасать, — возразила я, торопливо шагая по тропинке к дороге.
— Я не рыцарь, — пробормотал он. — Но я последую за тобой. Это противоречит моим принципам — позволять женщине подвергать себя опасности в одиночку.
