— Честно говоря, с моей стороны это преуменьшение. Он взбешен, но ты никогда не увидишь, чтобы ша-каанский воин рвал и метал. Бахаранский воин.., возможно. Шакаанцы же гордятся абсолютным спокойствием в любых обстоятельствах, а это означает, что они раз и навсегда покончили с наиболее распространенными человеческими эмоциями, которые могли бы нарушить это спокойствие.
— Ну, если ты говоришь, значит, так оно и есть, — отмахнулась Бриттани.
Марта засмеялась, но Далдена больше всего волновало ее «нет».
— Не понимаю. Как ты можешь не верить мне и все же смириться со своим положением?
— Бриттани пытается угодить тебе, Далден, — вставила Марта. — Иными словами, она не доверяет ни одному слову и даже собственным глазам, но обещает улыбаться и кивать, в чем бы мы ее ни убеждали. Очевидно, решила, что все это не имеет значения. Говоря по правде, она все знает и понимает, просто предпочитает думать, что это не играет роли.
Удивительно, как ловко Марта способна проникать в чужие мысли и анализировать мотивы поступков, исходя всего из нескольких брошенных мимоходом слов. Совсем как психоаналитик со своими заключениями! Придется постоянно помнить о том, что эти люди, возможно, уже проделывали такое раньше и хорошо представляют, чего ожидать: недаром у них на все находятся готовые ответы. Но и она, если как следует подумать, тоже сумеет дать любые ответы, только с другой, более правдоподобной, точки зрения. Правда, неясно, по какой причине программу решили испытать именно на ней. Будь она ученым или известным политиком, речь могла бы идти о национальной безопасности или о чем в этом роде.
Тогда они, возможно, решили бы проверить, не выдаст ли она государственную тайну и не перейдет ли на сторону врага. Но Бриттани — обыкновенный, ничем не примечательный человек, так зачем им лезть в ее мозг? Что она способна сделать для них или рассказать, даже если бы они и заставили ее поверить во все их сказки?
— Ты не оспариваешь сказанного Мартой, — вымолвил наконец Далден. — Это так?
— Что я утешаю тебя? — смущенно промямлила Бриттани. — Скорее стараюсь сохранить рассудок, так что лучше бы нам оставить эту тему. Я сыта по горло всем, что вы наговорили! Я здесь, я постараюсь внимательно слушать и, возможно, даже буду задавать вопросы, охать и ахать в нужных местах. Но на сегодня с меня хватит! Я измучена умственно и физически, а нервы натянуты так, что вот-вот лопнут.
— Если она и преувеличивает, Далден, то совсем немного. Неплохо бы применить какие-нибудь релаксанты: постельные забавы, например, или массажер в тренажерном зале. Моя Тедра предпочитала второе, пока не познакомилась с первым. В случае же Бриттани второе будет более действенным. Нет смысла выпытывать, поверила она или нет. И поскольку от этого зависит вся ваша дальнейшая жизнь, ты можешь сохранить собственную гордость, если в ближайшие дни будешь держаться подальше от Бриттани.
К тому времени как Марта закончила речь, краска на щеках, выступившая при упоминании о постельных забавах, почти растаяла. Бриттани тихо застонала. Она уже спрашивала себя, что почувствует Далден, узнав о ее недоверии к нему, и теперь поняла, как глубоко его ранила. Такое отношение может вызвать охлаждение между ними, и ничего нельзя будет исправить, если один из них не уступит.
Она не хотела терять его, но, черт побери, можно ли сказать, что он вообще принадлежал ей когда-либо, или все это только часть программы? Немыслимо, невероятно, жестоко…
Неужели ее соблазнили, играли на чувствах, и все это ради какой-то непонятной проверки?
— Я считываю показания, Далден. Наивысший уровень потрясения. Немедленно веди ее к массажеру!
Никогда раньше Бриттани не испытывала ничего подобного. Однажды, после особенно утомительной смены, она разорилась на пятидесятидолларовый массаж. Тогда она едва не вопила от боли и вышла из массажного салона с твердым убеждением, что все это — вид пытки, причиняющей невыносимые муки, которые заставляют забыть о ноющих мышцах. Однако на следующий день почувствовала, что будто заново родилась.
На этот раз все было по-другому, она почувствовала только полное расслабление, доставляющее невыразимое удовольствие, и пожалела, когда процедура закончилась.
Сначала она боялась ложиться в массажер, напоминавший гроб, вернее, саркофаг, поскольку он имел форму тела. В большом тренажерном зале было несколько таких и десятки самых разнообразных тренажеров, каких она прежде не видела. Кому как не ей знать самое современное оборудование для фитнес-залов, однако тут все было незнакомым.
Далден уверял, что ей массаж понравится, и сокрушался, что не может сам ей показать, как действует массажер, потому что не влезает ни в одну модель. Напоследок он сказал, что если понадобится выйти до окончания процедуры, достаточно лишь нажать на крышку снизу вверх.
