Немедленно отскочив от ствола, Дэйн встретился взглядом с небольшим зверьком, действительно напоминавшим маленького ободранного волка. Зверёк сидел на том самом дереве, от которого отскочил Дэйнар, и разглядывал мальчишку чёрными и очень умными глазами.
– Ну, здравствуй, – тихо сказал Дэйн, рассматривая его в ответ. – Значит, ты и есть аксал… Интересно, мальчик или девочка?
Зверёк недовольно заворчал, а потом, резко оттолкнувшись от ствола, прыгнул.
Почти сразу морда у аксала удивлённо вытянулась, ведь жертва, вместо того чтобы нападать, кричать боевые кличи, выхватывать из-за пояса ножи или вилки (да-да, юные оборотни чаще всего именно с таким оружием охотились на аксалов), ну или хотя бы в панике спасаться бегством… Вместо всего этого жертва звонко расхохоталась.
Зверёк приземлился рядом с Дэйнаром, насторожённо разглядывая своего «соперника».
Мальчишка опять засмеялся.
– Ну и чего ты встал, как неродной? Иди сюда, я тебе сухарей дам, – сказал Дэйн и достал из кармана штанов горсть сухарей. Он всегда носил их с собой – это была его основная еда последние пять лет жизни. А пил он ледяную воду из своего любимого озера в Северном лесу.
Зверёк некоторое время неуверенно топтался на месте, но потом всё-таки медленно приблизился к Дэйнару и сунул острую мордочку в протянутую ладонь.
Мальчик опять рассмеялся, и тогда аксал решился попробовать неизвестное угощение.
Всего через несколько секунд Дэйнар вытирал о штаны обслюнявленные ладони.
– Ну и горазд же ты жрать, приятель, – восхитился он, пока зверёк просительно заглядывал в глаза мальчику и немного поскуливал, выпрашивая ещё лакомства.
Дэйнар догадывался о причине такого странного поведения аксала. Он давно заметил, что действует на птиц и зверей как-то странно. Стоило ему заговорить с кем-либо из них, как животное уже доверчиво подходило ближе, а от звука смеха маленького горбуна любой зверь становился ручным, давал себя погладить и взять на руки.
Почему так, Дэйнар не представлял. Он понимал: это какая-то магия, но какая именно… Книг по магическим искусствам в деревне белых волков не было совсем, а обращаться за ними к дартхари – что он, самоубийца?
Из-за такого поведения птиц и зверей Дэйнар не мог их убивать, чтобы хоть как-то утолить постоянный голод. Как можно убить существо, которое смотрит на тебя так доверчиво? Всё равно что пронзить мечом ребёнка.
Дэйн плюхнулся на землю рядом с аксалом и почесал зверька за ухом. Сначала тот застыл – явно не привык к рукам, оно и понятно, – а потом заурчал, почти как кошка, отчего юный оборотень чуть не подпрыгнул в изумлении.
Сидя рядом с аксалом и поглаживая его по жёсткой шерсти, Дэйнар оглядывался по сторонам. Полянка, на которой он находился, мальчику понравилась, оставалось только найти убежище получше.
Спустя пару минут Дэйн обнаружил невдалеке дерево с большим дуплом на высоте примерно в пять его ростов. Мальчик легко забрался туда – при этом аксал следовал за Дэйнаром как привязанный – и, найдя в дупле целый ворох сухих осенних листьев, хрустящих и мягких, как перина, почти тут же уснул.
После этого случая Дэйнар стал прятаться в Западном лесу пару раз в неделю. Он отлично высыпался в дупле, и аксал всегда присоединялся к нему. Дэйнар не сразу понял, что его новый знакомый на самом деле самка, причём очень молодая. Мальчик назвал её Чарой.
Во время осеннего набега аксалов он увёл Чару в Северный лес, где привязал крепкой верёвкой к дереву и всячески успокаивал – она почему-то ужасно рвалась в Западный лес, даже пару раз укусила Дэйнара. Тогда же мальчик осознал: что-то не так с этими набегами аксалов. Что-то заставляет их бежать в Арронтар именно весной и осенью, и почему-то обязательно в Западный лес. В поисках разгадки этой тайны Дэйнар перелопатил все имеющиеся в доме отца и матери книги, но так ничего и не нашёл.
Зимой у Чары родились щенки, и мальчик стал чаще наведываться в Западный лес, играя с выводком из трёх маленьких аксальчиков. Где их отец, Дэйнар не знал, но предполагал, что оборотни убили его осенью во время набега.
Мальчик тренировал детёнышей Чары с помощью своего смеха. Стоило ему зафыркать, как малыши прижимались к земле всем телом, а если Дэйнар начинал громко смеяться, то они тихонечко тявкали и скакали рядом.
Ухаживая за щенками Чары, юный оборотень обнаружил, что считает этих ободранных, нелепых, кривоногих малышей красивыми. Хотя нет, он прекрасно видел, насколько они малосимпатичны… но почему-то это не мешало ему любить их. Он любил бы их, даже если бы у них были горбы…
Так, постепенно, пролетели оставшиеся до Ночи Первого Обращения годы. Дэйнар вырос и вытянулся, и, если бы не горб, он считался бы красавцем: таких прекрасных золотых волос и ярко-голубых глаз не было больше ни у кого в деревне.
Рэйнар и Лирин преследовали его с прежним рвением, и иногда им удавалось даже ранить брата, но не слишком сильно. Спасал Западный лес.
