Рэйнар стоял чуть впереди, закрывая Лирин и воинственно размахивая «оружием». При этом в его глазах было столько паники, что её почувствовал бы даже не-оборотень… даже такой, как Дэйнар.
Лирин же просто тряслась от ужаса.
– Рэйни, у тебя кровь! – взвизгнула она, по-детски глупо дёргая брата за рукав. Рэйнар отмахнулся, не сводя напряжённого взгляда с рычащих аксалов.
Он действительно был ранен. Оторванный рукав рубашки, из-под которого была видна рваная рана, чумазое лицо, искажённое страхом, – всё это увидел Дэйн в тот миг, когда выглянул из кустов, куда его привела Чара.
– Спасибо, милая, – прошептал юноша, потрепав аксала по холке.
Он вышел из своего укрытия и собирался вмешаться, но вдруг один из зверей, зарычав, резко прыгнул вперёд, целясь Рэйнару в горло. Останавливать аксала с помощью голоса Дэйн даже не пытался: знал, что не получится, звери были слишком раздражены.
А второй хищник собирался прыгнуть на Лирин.
Дэйнар колебался лишь долю секунды.
– Стой! – крикнул он, бросаясь на аксала, посягнувшего на сестру. Зубы зверя непроизвольно сомкнулись на руке горбуна чуть выше локтя, всё тело пронзила боль.
А потом Лирин страшно закричала.
Этот крик остался в его памяти на долгие годы, преследовал по ночам, приходя в сны вместе с резким запахом крови…
Первый аксал, прыгнувший на Рэйнара, достиг цели и вцепился мальчишке в горло. Хлынула алая кровь. Откинув от себя хищника, угрожающего жизни Лирин, каким-то небрежным жестом, Дэйнар кинулся к брату и оттащил вцепившегося в него аксала за холку.
– Уходите! – рыкнул он на остальных присутствующих здесь животных. – Быстро! Чара, уведи и успокой.
Какое-то время Дэйн слышал у себя за спиной негромкое рычание, словно аксалы не хотели слушаться, но затем всё стихло. Только тихонько всхлипывала Лирин, опустившаяся на колени рядом с Рэйнаром.
Положив руку брату на горло, Дэйнар сделал то, чему его никто и никогда не учил: направил сквозь собственную ладонь энергию Света, молясь про себя, чтобы рана затянулась…
Она не затянулась. Но кровь больше не лилась.
– Он жив, не хнычь, – сказал Дэйн, покосившись на Лирин. Глаза сестры, полные слёз, были очень красивого жёлтого оттенка.
Ара. Так же как и Рэйнар.
– Жив? – Лирин прикоснулась кончиками пальцев к щеке раненого. – И… не умрёт?
– Откуда я знаю? – огрызнулся Дэйн. – Лучше помоги, один я его до деревни не дотащу.
«Надо же, я ещё могу говорить. А думал, что давно разучился», – вздохнул юноша, осторожно подхватывая Рэйнара на руки. Показалось, что брат ничего не весит, даже помощь Лирин не понадобилась.
– Пошли, – буркнул он, направляясь в сторону деревни белых волков. – Только уж не бросай в меня ничего, хорошо? А то я Рэйнара уроню.
– Нет, ты что! – испуганно отозвалась у него из-за спины Лирин. – Дэйн, я…
– Какого дохлого кота вы вообще пошли в Западный лес? Зачем? Не суйтесь сюда больше, поняла? Тоже мне, герои.
– Мы… – Девочка запнулась. – Мы тебя хотели найти…
– А-а-а… – Дэйн засмеялся. – И палками этими шипастыми забить? Дурачьё.
– Дэйн… – В голосе Лирин юноше послышались слёзы, но он не мог обернуться из-за Рэйнара.
– Это неважно, палками или камнями, – поморщился горбун. – Я ушёл из стаи, я больше не появлюсь в деревне, так что забудь меня, как страшный сон. Забудь, слышишь? Не ходите больше в Западный лес. Никогда. Это опасно. Не для меня – для вас. Ты поняла?
Она не ответила. Дэйнар слышал, что Лирин плачет и размазывает по лицу слёзы. В сердце у него что-то дрогнуло, но почти сразу остановилось.
Это неважно. Он сейчас отнесёт Рэйни в деревню, уйдёт и больше никогда не увидит сестру.
Если бы не Лирин, Дэйнару не удалось бы пройти так далеко. Только благодаря ей он вошёл в поселение белых волков, добрался до дома родителей и, аккуратно положив тело Рэйнара на порог, уже собрался уходить, когда…
– Горбун убил Рэйни! – закричал кто-то из толпы, преследовавшей их с Лирин с того момента, как они вошли в деревню.
– Бей его!
– Да!
– Гони!
– Смерть уроду!
«Опять…» – подумал Дэйн, срываясь с места. Они ничему не учились… ничего не помнили. Вот и теперь сгорбленную спину юноши надёжно прикрыли птицы, слетевшие с деревьев в момент, когда в него полетел первый камень.
В очередной раз убегая из родной деревни, преследуемый воинственными воплями, где-то на краю сознания Дэйнар услышал отчаянный, полный горькой боли крик Лирин:
– Дэйн!
Но нет, конечно, она не могла так кричать. Ему просто показалось.
Когда в сгорбленную спину брата полетели камни, она едва удержалась от того, чтобы не побежать за ним.
И вроде бы всё было, как и раньше. Ничего нового. Светлые волосы, видные издалека, кривая спина, неяркая старая одежда… Да, всё было как всегда. И тем не менее – кое-что изменилось.
Сердце. Её сердце. Оно отчаянно билось в груди, как в клетке, словно стремилось вырваться наружу и…
– Дэйн!
Крик не помог. И слёзы, заструившиеся по щекам, – тоже. Сердце не хотело успокаиваться.
Вокруг сновали оборотни, кто-то взял её за руку, Рэйнара понесли в дом…
– Лирин? Лирин, ты слышишь меня? Лирин!
Она словно очнулась.
