Откуда-то издалека раздалось:
– Эя! Эя! Лирей! Да проснись же, наконец! Кто-нибудь, облейте ее водой, быстро! Эя! Ты всех пиренейцев решила собрать в одном месте?!
Пиренейцы – это такие кошки размером с лошадь, вспомнилось мне, я зажмурилась, а когда открыла глаза, Зверь и местность исчезли, как исчез и белый день, вокруг темно, рядом тлеют угли костра, Вилла с Фоссой трясут меня за плечи, лица у обеих встревоженные. Чья-то ладонь закрывает мне рот.
Стоило Фоссе убрать ладонь, как я проорала прямо в лицо Вилле:
– Зверь! Зверь! Зверь!
Тут уже Вилла заткнула мне рот, придерживая второй рукой затылок.
– Не проснулась, – буркнула она.
– Не похоже, – согласилась с ней Фосса.
Я заколотила кулачками, обнаружив, что попадаю по Вилле, которая стойко сносит удары, лишь чуть морщится, как при атаке назойливой мухи. Так это я по ней, по ним обеим и молотила руками, когда они будили меня? Будили! Не было Зверя, это сон, просто сон!
Я с размаху обняла Виллу за шею, буквально повисла на ней, еще и в щеку клюнула поцелуем.
– Милая, милая Вилла! – радостно проорала я ей в ухо.
– Точно не проснулась, – задумчиво сказала Фосса.
– Она двинулась, – авторитетно констатировала Вилла, и я радостно расхохоталась, подтвердив ее догадку.
Вилла осторожно отстранила меня, вглядываясь в лицо, я продолжала хохотать, повторяя невпопад:
– Как вы не понимаете, как не понимаете…
Я начала икать.
– Ик! Нет, его здесь нет! Это сон! Это просто сон! Ик!
– Что не понимаем? Кого нет? Кто тебе приснился? – спросили почти одновременно Вилла с Фоссой.
Я снова расхохоталась, и на этот раз мой смех перешел в рыдания.
– Зверя! Ик! Зверя здесь нет!
И я надрывно зарыдала, икая время от времени.
Невесть откуда взявшаяся Лил махнула руками, и нас окатило как будто целым ушатом воды. В руках у Лил, конечно, не ушат, а две походные фляги.
Пузырящиеся потоки заструились по волосам, телу, охлаждаясь на лету. Досталось не только мне, но и Вилле с Фоссой.
Те по-звериному встряхнулись, зафыркали, Фосса даже зарычала.
– Сдурела? Ты что делаешь? – рявкнула Вилла, клацнув в сторону Лил зубами.
К чести Лил, она даже не шелохнулась, только ресницами захлопала. На ее лице отразилось, что она поняла, что сделала глупость. Вместо того чтобы это признать, она возмущенно пожала широкими плечами и пробормотала:
– То им надо воды, то им не надо! То принеси, то не принеси! То облей ее, то не облей! Что сразу – сдурела-то?
– Потому что смотреть надо, – буркнула Фосса и хотела еще что-то сказать, но Вилла остановила ее, замахав руками, мол, погоди, не до этого сейчас.
Вилла обернулась ко мне, снова пристально всмотрелась в лицо.
– Что тебе снилось, Эя?
– Зверь, – тихо ответила я, дергаясь, как от удара.
– Зверь? – недоуменно переспросила Лил, тряхнув короткими, почему-то влажными волосами, мне в лицо попали брызги. Досталось также и Вилле с Фоссой.
Они недоуменно уставились на подругу.
Та пыталась сделать невозмутимый вид, но стекающая по ногам с кожаной юбки вода заставила одну бровь Виллы поползти вверх. Лил снова пожала плечами и пробормотала:
– А вы думаете, почему я так долго?
