— Рубить по ногам, — без раздумий ответил орк. — Крог убивал циклопов и больших демонов. Воин может сражаться без руки, но без ноги — нет. Поставь врага на колени и отними жизнь!
Лиара и Шеймус синхронно пригубили чай, глядя на искры в орочьем взгляде.
Спустя несколько молчаливых мгновений, Шеймус извлёк из кармана мифриловую шкатулку и вернул владелице. С той самой поры как Лиара впервые увидела «Талмон», артефакт более не внушал в её душе такой трепет. Казалось, все истории о сокрытой в его недрах бесконтрольной силе — не более чем легенда, порождённая суеверными умами.
— Аги? — вдруг, промолвила девушка. — Каково это, сражаться с детьми Ургаша?
На орочьем лице проступила задумчивость.
— Орки помнят кровь предков. Демоны — изначальный враг. Детоубийцы! Ничто не приносит орку столько радости, как смерть демона! Никакой жалости! Никакой пощады!
— Насколько я знаю, в Ранааре не открывались врата Шио, — пожал плечами маг. — Значит, Крог сражался здесь, в землях Империи. Понятно откуда ты знаешь окрестности. Я ведь верно понимаю, здоровяк?
— Да. Когда луна окрасилась кровью, вождь Макру́т собрал кланы на войну. Мы отправились в земли людей.
— В Нильшавэ́не ходит много слухов об участии орков в войне, как, собственно и в междоусобице. Вы тоже сражались на одной из сторон или ушли когда перебили демонов?
— Крог не видел окончания войны. В одном из сражений, отряд Крога попал в засаду. Сражение было, что надо! Орки одолели демонов, но в живых остался только Крог. Избитый и переломанный. Не помню те дни. Только детали того, как брёл через лес и реку. А потом… потом Крог сложил оружие.
Орк замолчал. Его хмурый взгляд приковала чёрная руническая сталь и её алые руны. Именно в этот момент Лиара ощутила в душе орка эмоцию столь сильную, что заставила его зажмурить взгляд.
— Крог сложил оружие, потому что… нашёл семью? — вопреки голосу разума промолвила Лиара.
— Потому, что оказался слаб. Собирайтесь. Кус возвращается.
Небо плавно заволакивали тёмные облака, предупреждавшие о грядущем изменении погоды. Лесная свежесть сменялась прохладой. Путники продолжили маршировать, среди бескрайних лесных троп под монотонный стук падающих капель.
Ощущение погони плавно сходило на нет. Казалось, леса защищали куда надёжнее самых неприступных крепостей, а все ужасы, кровь и пламя остались где-то там, далеко в восточных землях, как и негодяи, уничтожившие былую жизнь Лиары. Найти её след среди имперских лесов не предоставлялось возможным даже для столь могущественной группировки как «Шасури» и подвластной им магии теней. Минувшее в деревне кровопролитие сменилось затишьем.
За время путешествия, не считая Малины и её сестёр, путникам повстречалось множество гостей, прибывших из Мира Духов. То были и предпочитавшие единение земляники и крохи лиственики, бороздящие просторы невидимых троп, и даже пара озлобленных пущевиков сражения с которыми удалось избежать лишь благодаря связи друдессы с природой. Впервые в жизни Лиаре довелось воочию повидать и солнечного элементаля — сияющую деву, сотканную из самого света, что исчезла в ослепляющей вспышке, едва встретив внимание посторонних глаз.
Наконец, друидесса могла прикоснуться к тому, о чём ранее слышала лишь из рассказов старейшин и видела на страницах библиотечных книг. Леса близ людских поселений оказались населены духами ничуть не меньше, нежели окрестности Лан-Лур. Разве что духи, обитающие по соседству с людьми, были чуть более острожными и пугливыми. Однако, как и большинство обитателей местной фауны, они встречали Лиару так, будто девушка являлась неотъемлемой частью гармоничной картины этих мест.
— Шеймус, а что это за цветок, яроцвет? Никогда о таком не слышала.
— Не удивительно, — ухмыльнулся маг со спины Ку’сиба. — Яроцвет, flos furore — достаточно редкий цветок, растущий в южном субтропическом климате. Он выделяется яркими красно-жёлтыми лепестками, похожими на зубы медведя. Отсюда и название.
— Хм! Огнеклык, — пробурчал идущий впереди Крог. — Так цветок зовётся у орков. Шаманы делают из огнеклыка мази, что спасают от боли в мышцах. Более умелые, делают снадобье и подкормку для виверн.
— Подкормка?
— Да. Шаманы кормят виверн перед боем, чтобы разозлить. Звери превращаются в настоящих бестий!
— Весьма интересно! — без нотки сарказма промолвил маг. — Видишь ли, Лиара, на самом деле свойства яроцвета не изучены полностью. Как Крог и сказал, он широко применяется в целебной алхимии. Например, мазь из стебля яроцвета, пчелиного яда и подорожника является одним из лучших антисептиков во время оспы, а сочетание настойки гнилонога с толчёным «хвостом дракона» и микстурой из лепестков яроцвета приводит человеческий организм в пассивное состояние, но выводит яды и прочие экзогенные субстанции. Этот рецепт я и дал Бьянке. Процесс выздоровления будет непрост, но попавший в организм мутаген ещё не успел пустить корни.
— А что будет потом, если мутаген… пустит корни? Люди превратятся в этих… существ?
