Впрочем, Саске бы не удивился, если бы Конан радостно согласилась, настояв на его присутствии при этом эксперименте. Она первая обрадуется, если дикий оборотень откусит ему голову.
- Вполне. Между вашими парами были близкие отношения. Если Карин считала вас своими, то она вполне может признать в Наруто вожака. Даже если дойдет до драки, Наруто сильнее нее, - задумчиво проговорил Шикамару.
- Мы можем попробовать пропихнуть вас в НИИ, они должны ухватиться за вас. Там, знаете ли, нехватка экспериментальных образцов. На заданиях обычно если умирают, то все, - добавила Сакура, мрачнея к концу речи.
Под ее руководством было почти три сотни охотников, которые периодически уходили в другие отделы, на их место приходили другие, кадры сменялись… Но Сакура помнила всех своих по именам, знала, кто у кого пара и кто кому кем приходится, знала, кого с кем можно включать в одну группу, а кого не стоит из-за натянутых отношений и, как следствие, отсутствия командной работы. Она помнила их всех, и каждый раз вздыхала с облегчением, принимая от вернувшихся в целости и сохранности с заданий охотников отчеты. Кого-то Сакура знала лучше, кого-то – хуже, но была неизменно внимательна ко всем.
Суйгецу входил в тот небольшой круг охотников, с которыми она была в действительно хороших отношениях, несколько выходящих за рамки рабочих. А теперь Суйгецу не было, и Сакура, не зная почему-то, как ей переживать произошедшее, думала о том, что уже купленный к его дню рождения в следующем месяце подарок можно выбросить. Думала о том, что Суйгецу обещал на следующей неделе зайти в ее «холостяцкое» жилище, в котором не бывало мужчин, и собрать привезенный курьерами шкаф, который мрачной грудой высился в коридоре, мозоля глаза. Еще Суйгецу забыл у нее на столе ручку, которую терпеть не могла Карин, потому что эту ручку зачем-то подарила ему на улице смешливая молоденькая омега.
С Суйгецу в этом кабинете было связано столько всего, что каждый миллиметр его напоминал о какой-нибудь мелочи – Суйгецу сколол угол ее стола, уронив на него после особо выматывающей миссии свой тяжеленный меч, Суйгецу ронял кадку с цветком, запнувшись о ковер у двери, Суйгецу чинил дверцу шкафа, вставляя туда разбитое Сакурой стекло, Суйгецу спал на диванчике, когда в самом начале они с Карин переругались, и он ушел из дома, продержавшись вдалеке от Карин всего десять часов…
Все эти воспоминания лезли изо всех щелей, выглядывали из-под стола, дивана, ковра, шкафа, как тараканы, и Сакура, положив трубку, долго сидела, глядя в одну точку и стараясь их не видеть, будто это могло помочь. Она металась по кабинету, чувствуя себя загнанной в угол, и накричала на не вовремя зашедшего секретаря, принесшего ей какие-то бумаги.
Когда к ней пришел еле сумевший вырваться от Конан Шикамару, Сакура плакала, мертвой хваткой вцепившись в простенькую серую ручку.
Оставив Наруто в подлеске с не приходящей в сознание Карин, Саске на машине Суйгецу вернулся в город к местным гильдейцам. Тело Суйгецу они везти с собой не могли – точнее, Саске не хотел так издеваться над ним. Передав тело гильдейцам, пообещавшим доставить его в Коноху и сдержанно выразившим соболезнования, Саске пешком вернулся за Наруто, игнорируя все расспросы гильдейцев об омеге Суйгецу, о существовании которой они узнали из его документов. Задерживать Саске никто не стал, потому что при нем никакой омеги точно не было, а мудрые гильдейцы решили, что Саске не стал возиться с оставшейся без альфы омегой и прикончил ее сам. Конечно, в Конохе его за это отругают и, скорее всего, даже накажут, но то будет в Конохе, а им, скромным местным работникам Гильдии, не нужны были лишние проблемы. Пусть разбирается начальство.
Саске их не разубеждал. Убийство браконьеров, которых он нашел по запаху, оставленному ими в лесу, позволило как-никак успокоить бурлящие эмоции, но Саске все равно чувствовал себя так, словно он балансировал на тонкой, качающейся от любого порыва ветра проволоке, и боялся сорваться. Отчасти Саске был даже рад, что с ними была Карин – беспокойство за ее дальнейшую жизнь и судьбу помогали держаться, потому что кроме них у нее никого не было. Никто не вступится за нее, кроме него, и никто не поможет ей, кроме Наруто.
И все же Саске чувствовал себя растерянным. Он знал Суйгецу почти всю свою сознательную жизнь, и свою привязанность к погибшей семье перенес на него – напарника, с которым они много лет охотились вместе и не раз спасали друг друга. Теперь его не было, но Саске никак не мог этого осознать. Он просто не понимал, как так может быть.
Он зачем-то доставал телефон и звонил Суйгецу – но он не брал трубку, и Саске машинально думал, что Суйгецу, наверное, занят или не слышит телефон, привычно заткнув уши наушниками, чтобы не слишком тревожить Карин с ее слухом. Потом Саске вспоминал, что сам нашел тело Суйгецу, сам вытаскивал чертов болт, пробивший насквозь Суйгецу со спины, и у него сдавливало горло, будто кто-то затянул на его шее удавку.
