Если вам не повезло, то надо или не щадя живота своего пытаться исправить ситуацию, или смириться. Грим сначала пошел по первому пути, но ничего у него не получилось.
"Возьмем винтовки новые,
на штык флажки!
И с песнею
в стрелковые
пойдем кружки.
Раз,
два!
Под-
ряд!
Ша-
гай,
от-
ряд!"
"Возьмем винтовки новые" Владимир Маяковский
"Vorwarts! Vorwarts!
Schmettern die hellen Fanfaren,
Vorwarts! Vorwarts!
Jugend kennt keine Gefahren.
Deutschland, du wirst leuchtend stehn
Mogen wir auch untergehn."
"Гимн Гитлерюгенда" Бальдур фон Ширах
"我们 是 共产主义 接班人
继承 革命 先辈 的 光荣 传统
爱 祖国 爱 人民
鲜艳m 的 红领巾 飘扬 在 前胸
不 怕 困难 不 怕 敌人
顽强 学习 坚决 斗争
向 着 胜利 勇敢 前进
向 着 胜利 勇敢 前进 前进
向 着 胜利 勇敢 前进"
"Mы наследники коммунизма" гимн пионеров КНР
"Господь заступится,
Вода расступится,
Со словом божьим
Нам нет преград.
Шагаем смело мы
За дело светлое,
И мы не ропщем,
Не ждем наград."
Вольный перевод псалмов детского крестового похода
Если вам не повезло, то надо или не щадя живота своего пытаться исправить ситуацию, или смириться. Грим сначала пошел по первому пути, но ничего у него не получилось.
Незадачливого студента угораздило подцепить редкую в этих широтах лихорадку Плешке накануне того, как вывесили темы курсовых. По выписке из больницы оказалось, что все интересное уже разобрано. И "Первая колония на Марсе", и "Встреча с Посланцами", и даже "Тайна Египетских пирамид". Точнее - разобрано было все. Невостребованной осталась лишь одна тема. Грим уныло обвел ничего не говорящее ему название "Крестовый поход детей" в траурную рамку и отправился попрошайничать на кафедру Земной истории.
Куратор третьего курса, профессор Килькин, отнесся к просьбе Грима без должного понимания: "Не бывает неинтересных тем, молодой человек, бывают только безответственные студенты, которые затягивают свой выбор до последнего дня".
Пришлось объяснять задержку. Грим даже попытался продемонстрировать следы гнойных нарывов на животе, профессор вежливо, но твердо пресек его намерения. Но проникся. И выдвинул очень заманчивую альтернативу. Тему он менять не будет, но сделает запрос в Институт Времени на одно Путешествие, чтобы Грим смог приобщиться, так сказать, непосредственно.
Студентов в Путешествия допускали только на пятом курсе, да и то историков, не технарей, как Грим, которым для получения диплома надо было взять несколько гуманитарных предметов. Короче, можно сказать, повезло.
- Только требования к курсовой у меня теперь будут намного выше, - строго добавил Профессор и выпроводил Грима за дверь.
Грим явился в Институт Времени заранее. Пролистал вечером учебник истории. Детишек стало жалко. Да кто их знает, средневековых детишек. Все они там были религией задуренные. Современные, всемирной информационной сетью образованные - другое дело. Вон Гримова сестренка Тойка сама кого хочешь задурить может.
Накануне почти не спал, представлял себе, как все будет. Реальность оказалась гораздо более прозаической. Ну, как кровь сдать в донорском центре. Сначала пришлось заполнить кучу анкет, потом хмурый, широко зевающий лаборант выдал Гриму одноразовые подгузники, запас галет и бутылку воды. Померил давление, температуру, пульс. Долго возился с ремнями, пристегивая Грима к ложементу в Хронокапсуле. Пристраивал на голове Хроношлем.
В десятый раз повторял инструкции: отстегивать ремни запрещается, вставать запрещается, делать резкие движения запрещается. Дал подписать бумагу что, в случае чего, администрация ответственности не несет.
- Застрянете в Безвременьи - пеняйте на себя. Можем только через неделю вытащить, если подходящий Поток не сразу поймаем, - почему-то злорадно сообщил лаборант.
- А то ходят тут всякие, отвлекают от научной работы.
- Дышать разрешается? - уточнил Грим.
- Дышите, чего там, - разрешил лаборант.
Лаборант вышел. Сначала долго ничего не происходило. Над люком мигала красная надпись "Настройка". Потом прозрачные стены Хронокапсули потемнели, приобрели металлический оттенок. Мелко затрясся пол под ногами, сильно загудело вокруг, заложило уши. В спину будто тысячи мелких острых иголок вонзилось. Очень захотелось почесаться. Прокашлявшись, защелкал портативный переводчик. Цифры на мониторе быстро сменяли друг друга, отсчитывая назад время. Грим поежился, содрал упаковку с коробки, нервно захрустел галетой.
Капсулу сильно тряхнуло. Грим щелкнул челюстями и прикусил язык. На мониторе бег цифр, наконец, прекратился, высветилась датa: двенадцатое июня тысяча двести двенадцатого года и место приземления - Кельн.
Постепенно, как лошадь в тумане, проявлялись вокруг дома и люди, звуки и запахи. Мимо, чуть было не задев Грима, прогрохотала повозка, заставленная корзинами с морковкой и луком. Ее тянула ледащая, в лишаях, понурая кобыла.
Средневековая какая, - подумал Грим.
Лошадь остановилась, из-под облезлого хвоста повалило на землю то, что и должно было повалить. Завоняло ужасно. Запах лошадиного дерьма за восемьсот лет изменений не претерпел. Не смотря на органически чистую кормежку.
