Громко. Отчетливо. Так, чтобы даже глухонемая пыль на полу услышала каждое слово и больше не смела обращаться со мной неподобающим образом. И первый раз в жизни мне абсолютно не хочется прятать панику и растерянность за какой-нибудь глупой остротой. Может, потому что все происходящее действительно похоже на мой исполнившийся самый смелый сон?
Я пытаюсь опуститься на колени, как это сделали абсолютно все присутствующие, но Ашес крепко держит меня за локоть. На мгновение мне даже кажется, что он притянет меня к себе как в тот день, когда спас от наемных убийц, и поцелует у всех на глазах, но это было бы слишком. За моей спиной стоит брат его невесты, а сама она… Черт, она ведь где-то рядом? Хочу поискать ее взглядом, чтобы насладиться триумфом перекошенного от злости лица красотки, но потом плюю на это и позволяю себе насладиться моментом абсолютного счастья.
Мой милый принц жив.
Он вернул себе корону и трон.
И он теперь не долговязый воинствующий библиотекарь, а Император Шида - перед лицом Взошедших всего, что имеет глаза и уши.
— Благодарю, мой Император, - бормочу я, одновременно проклиная себя за невесть откуда взявшуюся дрожь в голосе. Наверное, думать о поцелуях в такой обстановке было слишком непредусмотрительно, потому что теперь эта мысль постоянно крутится в моей голове, стоит лишь взглянуть на его губы.
Взошедшие, да он же ранен!
— Йоэль, ради богов, прекрати корчить из себя благодетельную монахиню, - посмеивается он, уворачиваясь от моей попытки прижать платок к пане на его щеке.
— Иногда даже у бессердечной пустышки могут возникнуть потребность проявить заботу о живом существе, - делаю вид, что его слова глубоко меня задели.
— Я только что вернул тебе титул, твои родовые земли и сделал скартой эрд’Кемарри, и в благодарность получил порцию ворчания. - Он приподнимает бровь.
Скарта эрд’Кемарри.
Это звучит слишком странно, чтобы быть правдой.
Кроме того, я не могу быть скартой, потому что этот титул по праву рождения заслужила Тэона. Если кому и быть наследницей своих родителей - то только ей. А я вообще не эрд’Кемарри, даже если во всем белом свете эту тайну кроме нас двоих не знает никто.
— Если мой Император снизойдет до личного разговора со своей верной подданной… - Я изображаю кривой реверанс, ни капли не жалея о том, что так и не научилась делать это правильно. - Я бы хотела переговорить с вами без посторонних ушей.
Правильнее было бы сказать «наедине», но у этого слова так много значений, от которых зардеются мои щеки, что лучше не рисковать.
— Мой Император, - Кайдер выступает вперед. - Я так же прошу вас о личной аудиенции.
Ашес оценивает его взглядом, и выражение его лица снова становится неласковым.
— Разумеет, - коротко и рвано отвечает он.
Хотя на мой вкус прозвучало это примерно как «Мы оба знаем, что я не могу отказать своим ближайшим союзникам».
И магия момента неумолимо растворяется. Люди вокруг нас начинают суетиться, лекарки лезут одна перед другой. Я жмурюсь и изо всех сил желаю, чтобы время замерло еще хотя бы на чуть-чуть. Почему это не работает как в той пещере, когда я захотела стать невидимой и все получилось? Минуты не проходит, как между мной и Ашесом образуется непроходимая стена тел, а меня саму, словно ненужную вещь, оттесняют назад.
Вот и все.
Еще утром я была Безымянной рабыней, а сейчас снова Йоэль эрд’Кемарри.
— Тебе тоже нужно попросить за чью-то душу? - спрашиваю Кайлера, потому что во всей этой суете он единственный, кто остался рядом, а не пытается притронуться к новому Императору хотя бы пальцем.
— Нет, всего лишь напомнить о долге.
— Звучит зловеще.
Я слежу за тем, как Ашес, развернувшись на пятках, ждет, пока к нему подойдет Ниэль. Все это время она продолжала молиться около постели раненого, как будто происходящее ни капли ее не тронуло.
Пока эта покорная скорбящая красота идет ему навстречу, все вокруг наперебой шушукаются, что настоящая любовь способна на чудеса. В особенности на те, которые могут воскресить любимого. Как будто его чудесное восстание из мертвых - исключительная заслуга всех ее траурных платьев и неизменного черного платка, которым эта скорбящая дева демонстративно подтирала нос.
— Мой Император. - Ниэль степенно опускается в поклоне. Вот у кого точно абсолютно идеальный реверанс. Да от одного вида ее идеально ровно спины, все позвонки моей поясницы предлагают выдать гордячке приз за смертельный трюк. - Я молилась и верила.
Ашес молчит, но не сводит с нее взгляда. И так - долгих несколько минут.
Ее семья помогла ему отвоевать трон. А Ашес не из тех людей, которые забывают добро. И как бы сильно мне не хотелось, чтобы он хотя бы раз в жизни повел себя как предатель, будет очень непорядочно отказаться брать ее в жены теперь. Даже если эта мысль прямо сейчас заставляет мой желудок подпрыгнуть к горлу.
— Ты в порядке? - Кайлер кладет ладонь мне на плечо и безапелляционно разворачивает к себе лицом. - У тебя нездоровый вид.
