Я считала свою миссию – поиск итьясаари – актом милосердия, но на самом деле это было не так. Я ставила себя выше их, считала себя героем, которому предназначено их спасти. С такого расстояния я не могла разглядеть их боль. Вероятно, я не хотела ее видеть. Вероятно, я хотела, чтобы они увидели мои страдания и, словно зеркало, отразили их, тем самым подтвердив их существование.
Я пришла сюда не для того, чтобы помочь Од Фредрике, а для того, чтобы исцелить себя. Дама Окра предупреждала меня об этом, а я ее не послушала.
Я с ужасом представила себе, как буду рассказывать Глиссельде и Киггзу об этом упущенном шансе, хотя и не сомневалась, что они отнесутся к ситуации с пониманием. Незримый барьер будет работать и без Од Фредрики. Мы уже заручились помощью Недуара и Бланш и все еще продолжали поиски.
Только вот теперь я ни в чем не могла быть уверена. Моя уверенность пошатнулась.
Я двумя пальцами потерла заслезившиеся глаза и сделала глубокий вдох, чтобы собраться с силами, а потом взглянула на зияющую пропасть и восточные горы, которые возвышались за ней.
Вдруг я заметила изогнутый, заснеженный горный пик, который выделялся на фоне других. Я знала его: в моем саду гротесков находилась его миниатюрная копия. Раньше я не представляла, где его искать. Меня охватила смесь радости и ужаса.
Пусть я начала сомневаться в себе, но Горедд по-прежнему нуждался в итьясаари. Я стала спускаться по веревочной лестнице так быстро, как только могла.
Мои сопровождающие сидели у подножия скалы и ужинали. Увидев меня, Жоскан вскочил на ноги и бросился придерживать лестницу. Я взяла протянутую мне руку и спрыгнула на ковер из сосновых иголок.
– Она с нами не пойдет, – громко произнесла я, опережая неизбежные расспросы.
– Садитесь и покушайте, – мягко предложил Жоскан, жестом указывая мне на свободное место рядом с Абдо. – У вас убитый вид.
Тревожно нахмурившаяся Нэн протянула мне хлеб с сыром.
– Видите ту изогнутую гору на востоке? – спросила я, благодарно кивнув. – Сколько времени нам нужно, чтобы до нее добраться?
– Три дня, – ответил Мой, выпрямив спину. – Ее название – Пашаголь, или Рог Безумной Козы. Я вырос под ее сенью.
– У нас нет времени туда ехать, – вмешался Жоскан, переводя взгляд с капитана на меня. – Дама Окра сказала, что у вас есть только шесть недель. В Самсаме вас ждет много дел.
– Я понимаю. Но на той горе живет итьясаари. Я не знала, что это в Нинисе.
– Если поскачем быстро, можем успеть и за два дня, – сказал Мой. – Тогда вы задержитесь всего на четыре. Я думаю, вы наверстаете это время в Нинисе.
Жоскан поднял руки вверх, будто сдаваясь.
– Если вы не бросите меня наедине с разгневанной прабабушкой, я к вашим услугам. Давайте проедем через Донкэс.
Я смотрела на свой хлеб, удивляясь тому, как сильно проголодалась. Абдо подсел поближе и прижался щекой к моему плечу. Я заглянула в его мудрые глаза.
Он серьезно кивнул и перевел взгляд на монастырь.
Он пытался меня развеселить, но, если честно, я бы с радостью собрала под одной крышей и тысячу дам Окр, согласись они прийти.
После двух дней езды по дороге, которая все сильнее поднималась вверх, мы наконец добрались до деревеньки Донкэс, расположенной на склоне изогнутой горы. Где-то неподалеку жил мой дикарь, Малыш Том. Наверняка он держался подальше от деревни – с его-то ростом и когтями на пальцах ног. Мы собирались остановиться в местном палашо и провести несколько дней, прочесывая всю округу.
Рассказывая о своем провале с Од Фредрикой, я упомянула, что у нас есть шанс найти Малыша Тома.
– Конечно, попытайся, – сказала Глиссельда. – Но не забывай, что вам нужно приехать во Фнарк – в Самсам – ко дню святого Абастера. Вы успеете, если заедете в Донкэс?
– Жоскан говорит, что да, – ответила я, хотя меня терзало беспокойство. Святой Абастер словно преследовал меня.
Никто не мог дать гарантий, что я найду кого-нибудь из самсамийских итьясаари, даже если доберусь до Фнарка вовремя, а задержавшись в Донкэсе, я получала возможность привести домой еще одного полудракона. Я была готова настаивать на своем. Малыш Том казался мне синицей в руке.
