Тедди хорошо разбирался в людях. В салуне этому быстро обучаешься. Хороший хозяин наметанным глазом сразу определит, от кого можно ждать неприятностей, кто не сможет оплатить счет, у кого большие претензии. Тедди знал, что броской наружностью не обладает, люди не обращали на него внимания, и это давало ему возможность беспрепятственно наблюдать за людьми. Он уже обдумывал, как ему выйти на Эдвина Эдамса, чтобы получить собственное представление об этом человеке.
Тедди расправил плечи и вошел в банк. Служащий за конторкой взглянул на него сквозь очки:
— Чем могу служить, сэр?
Тедди приблизился к нему почти вплотную.
— Я подумываю о покупке фермы где-нибудь неподалеку, — сообщил он полушепотом. — Я прочитал слово «сельскохозяйственный» в названии вашего банка, вот и решил, не могу ли я получить у вас кредит?
Служащий внимательно посмотрел в лицо собеседнику, потом на его кургузый, неловко сидящий костюм.
— У меня достаточно средств, чтобы взять в аренду землю, — продолжал Тедди, — но я ничего не смыслю в семенах и разведении домашних животных.
Чиновник, слегка приподнявшись, спросил:
— Где находится ферма, о которой вы говорите?
— Десять миль к северу. Она принадлежит Элвину Бекеру, — ответил Тедди.
Он продаже земли он заблаговременно прочитал в местной газете.
Служащий был озадачен. Зажиточное хозяйство Бекера процветало. На лице служащего отразилась лихорадочная работа мозга. На глазах менялось его мнение о Тедди.
— Я бы хотел поговорить с управляющим банком, — сквозь сжатые челюсти упрямо процедил Тедди.
— Я его помощник. Меня зовут Фрэвк Рэдд. Я мог бы вам помочь, — неожиданно вежливо предложил служащий.
— Я буду разговаривать только с самым главным человеком, — заупрямился Тедди.
Лицо клерка обескураженно вытянулось.
— Ну хорошо, я справлюсь, есть ли у него время, — согласился он, встал из-за конторки и направился к стеклянной двери кабинета в глубине помещения. Он постучал и что-то сказал человеку внутри. Вернувшись, Фрэнк озабоченно взглянул на карманные часы.
— Мистер Эдамс сможет уделить вам буквально несколько секунд. В полдень у него деловая встреча.
Тедди ввалился в кабинет управляющего и удивился, когда глава фирмы поднялся ему навстречу.
— Как я понял, вы собираетесь купить ферму Бекера. Это хорошее место, мистер…
— Стэнтон, — закончил за него Тедди. — Теодор Стэнтон.
— Присаживайтесь, мистер Стэнтон. Боюсь, что могу уделить вам всего несколько минут.
Удивленный, Тедди сел. Мужчина был сама сердечность. Над аккуратной бородкой растягивались губы в радушной улыбке, но под взглядом блеклых, серо-голубых глаз мурашки начинали бегать по спине.
Тедди заерзал на стуле, ему казалось, так должен ерзать шахтер или фермер в присутствии управляющего банком.
— Вот интересуюсь… смогу ли я получить кредит, если решусь купить ферму Бекера? — начал Тедди. — И будут ли мои денежки в целости и сохранности в вашем банке? Я слышал, многие банки уже обанкротились.
— О какой сумме идет речь, мистер Стэнтон? — у Эдамса заблестели глазки.
Тедди передернул плечами, как бы не желая говорить о своих финансовых делах с незнакомым человеком.
— О вполне достаточной, — выдавил он из себя.
— Ну конечно, они будут в надежном месте. Мы крепче всех стоим на ногах во всем Оклэнде, — успокоил его Эдамс. В его словах слышалось самодовольство, а не гордость, и Тедди очень тонко уловил разницу. — Мы очень устойчивый банк. Спросите у кого угодно, — продолжал собеседник.
— Я бы хотел знать, с кем имею честь?..
Тень улыбки еще держалась на лице Эдамса.
— Что бы вам хотелось узнать, мистер Стэнтон?
— Видите ли, у меня большая семья, а я вкладываю в ваш банк деньги, принадлежащие всем.
— Ну, что ж, — начал банкир. — У меня у самого дочь. Жена моя умерла семь лет назад. Я слишком люблю дочь, чтобы вступить в другой брак.
— Дочь, говорите? У меня тоже… дочь. Ей восемнадцать. Радость моей жизни.
Банкир с трудом улыбнулся, и Тедди почувствовал, что внутри у него все сжалось. Как-то странно поблескивали глаза собеседника, в них то и дело вспыхивал испепеляющий огонь. Эдамс походил на сумасшедшего. Тедди был готов поклясться, что это не имеет ничего общего с горем по поводу исчезновения любимой дочери. У Эдвина Эдамса была какая-то навязчивая идея, какая-то одержимость. Тедди уже доводилось видеть такое.
Банкир нервно вытащил из бокового кармана жилетки золотые часы на цепочке.
— Извините меня, мистер Стэнтон, дела. Сами понимаете.
Тедди встал и подошел к собеседнику, чтобы пожать протянутую руку. Рука была на удивление вялой, даже рыхлой.
— Я еще вернусь, мистер Эдамс, — пообещал Тедди.
