И только где-то в глубине подсознания все сильнее и сильнее звучало: «Берегись! Опасность! Держись!» Язык, который несколько секунд назад готов был трепаться без остановки и на любые темы, неожиданно укоротился, мышцы с пугающей быстротой стали наливаться силой, и я понял, что ко мне снова пришло то состояние, которого я опасался. Мне даже показалось, что могу освободиться от зажимов одним рывком, но я не стал делать этого. Ведь за дверью дежурили «быки» со стволами, а пуля как была дурой, так дурой и осталась. Ей все равно кого валить — какого-нибудь хмыря или человека, обладающего Силой. Тем более что я не колдун и не характерник.
Но благодаря новому состоянию я смог взять под контроль свои ответы на вопросы, которые Воловик высыпал на меня, как горох из мешка. Он много чего спрашивал, и я старался не врать. Ведь не исключено, что он хорошо знаком с моей биографией, благо в ней нет никаких темных пятен и скелетов в шкафу. Однако это была только разминка. Воловик проверял, как действует препарат. А затем он приступил к главному: стал расспрашивать про амулет.
Конечно же моя «искренняя» исповедь почти ничем не отличалась от того, что я утверждал ранее. С каждым моим ответом лицо Воловика все более мрачнело. Наконец он не выдержал и рыкнул на Анжелу:
— Сколько ты ему вколола?!
— Двойную дозу, как вы приказали, — ответила она растерянно.
— Но ведь он лжет!
— Простите, шеф, но это невозможно! Препарат неоднократно проверен. Двойную дозу не выдерживают даже профессионалы, специально натренированные контролировать свои эмоции.
— Дерьмо! Дерьмо! — Воловик вскочил, едва не опрокинув кресло. — Все равно он брешет как пес! Меня не проведешь! Коли еще одну дозу!
— Не проблема… — Анжела пожала плечами. — Только после этого его можно будет преспокойно отвезти в психушку. Или на кладбище, если сердце не выдержит.
— Коли! — злобно рявкнул Воловик, но тут же и остыл. — Ладно, оставь его… — буркнул он, возвращаясь к столу. — Он нужен нам живым. Пусть отдохнет. Позже попробуем другие способы. Ты у нас на этот счет большая выдумщица… — На его лице появилась жестокая ухмылка.
Анжела бросила в мою сторону загадочный взгляд, от которого у меня мурашки пошли по коже, и вышла. Появившиеся «быки» освободили меня от оков и отвели в подвал. Держа в памяти свое беспамятство в парке после разговора с Чириком, я боялся, что могу потерять сознание, тем более что та гадость, которую вколола мне рыбоглазая сучка, продолжала бродить по жилам, но все обошлось. Сила, если можно так назвать то, что предохранило меня от действия «сыворотки правды», все еще поддерживала меня в нужном тонусе.
Пеха встретил меня встревоженным возгласом:
— Что с тобой?!
— Ничего. Все в норме.
— Какая норма?! На тебе лица нету. Ты выглядишь как покойник.
— Главное, живой и даже не изувеченный.
— Тебя что, пытали? — догадался Пеха.
— Вроде того. Влили в вену какое-то дерьмо. До сих пор поджилки трясутся.
— Вот твари!
— А ты ожидал, что мне стол накроют? Нас с тобой не к теще на блины зазвали. Надо терпеть.
— Ты говорил, что у тебя есть какая-то информация…
— Тише!
— Понял. — Пеха перешел на шепот: — Ну и как?
— Никак. Жду удобного момента.
Мне нельзя было быстро колоться. Пусть Воловик думает, что я шибко крутой. Тогда мое признание под пыткой будет выглядеть правдоподобно. Что даст мне некоторый шанс. Однако был и другой вариант, тем более что Сила, вместо того чтобы сойти на нет, как это бывало раньше, на этот раз только прибывала. Видимо, ее проявления всегда сопутствовали большому нервному напряжению. Но как, каким образом Африкан смог передать мне это состояние?! А в том, что это его забота, я уже не сомневался.
— Жди… пока я не получу пулю в лобешник, — проворчал Пеха. — Может, тебе и удастся спрыгнуть каким-то образом, но мне точно конец.
— Ты считаешь, что я хочу спасти только свою шкуру? Ну ты молодец…
— Не обижайся. Я просто констатирую факты.
— Констатируй. А пока скажи, у тебя, случаем, спички в карманах не завалялись? Я просто не поверю, что ты не заначил спичечный коробок.
Пеха здорово умел отводить глаза. В армии он развлекал нас разными фокусами, и это получалось у него не хуже, чем у цирковых артистов. Разные мелкие вещицы исчезали в руках Пехи прямо на глазах солдат, и потом найти их на его теле мы не могли. Это было настоящее волшебство.
— А что толку? Сигареты остались на кухне, но туда меня не заводили.
— Так есть у тебя спички или нету?!
— Конечно есть! Прихватил на всякий случай.
— Будь ты девкой, расцеловал бы! Мне нужен свет. Сделай из соломы несколько факелов.
— Зачем?
— Узнаешь…
