— Знаю, мама… Ой, гляди-ка, чай! Да еще на подносе! Вот это жизнь!
Дейрдра озабоченно нахмурилась.
— Скорей бы твой отец возвращался, опоздает ведь. Не понимаю, что ему приспичило идти к Пателам…
— Он не у Пателов, мама, а в «Розмари Сентрал Стор». Папа же совладелец, а по субботам очень много работы, видно, он захотел помочь Сурешу, но вернется задолго до начала. Ты же его знаешь.
— А Брендан когда придет?
— Должен быть с минуты на минуту. Он решил немножко повременить. Сказал, что не хочет приходить слишком рано, чтобы не путаться под ногами.
— Боже, кто бы мог подумать, что он приедет…
— И, само собой, он пробудет здесь и завтра, и послезавтра, и еще день.
— Что бы ему остановиться в своем родном доме…
— Мама, Брендан с нами, мы ведь так все на это надеялись. А у меня он остановился потому, что так легче, удобнее. Он будет навещать тебя каждый день.
— Отец запросто мог бы убрать из его комнаты все эти коробки и бумаги.
— Теперь это уже не его комната, как и моя комната больше не моя. Чем беречь их для нас, лучше использовать для хранения документов или еще чего-нибудь, устроить папе кабинет.
— Комната Хелен так и стоит нетронутая, а она вот живет в монастыре.
— Оставить Хелен собственный угол — это совсем другое дело. Кто знает, когда он ей может понадобиться.
— Не пора ли мне переодеваться, как ты думаешь?
— Подожди еще минутку. Мы взмокнем от пота, если нарядимся раньше времени.
— Надеюсь, все пройдет хорошо.
— Не просто хорошо — великолепно! Придут те, кого ты хотела видеть, нам не о чем беспокоиться. Все просто ахнут.
— Но мы вовсе не пытаемся пустить людям пыль в глаза, — решительно заявила Дейрдра.
— Конечно нет, чего ради, — откликнулась Анна, недоумевая в душе: неужели мать говорит серьезно? Зачем тогда все затеяно, если не для того, чтобы пустить пыль в глаза? Показать бабушке О'Хаган, на какую широкую ногу они живут. Внушить Морин Бэрри, что Пиннер — не какое-нибудь захолустье. Дать понять Фрэнку Куигли, что хотя Десмонд и не женился на дочери босса, он тоже кое-чего добился. Продемонстрировать отцу Хёрли, какие достойные, ревностные католики встречаются в Англии, которую он, вероятно, считает варварской, языческой страной. Показать соседям, какое общество они могут собрать: тридцать человек гостей плюс наемная прислуга — и речи, и тосты, и хорошее шампанское. Если мама не стремится произвести впечатление, то какой во всем этом смысл?
Снизу донесся шум — кто-то колотил в дверь черного хода, послышались громкие голоса, и они поняли, что это явилась Хелен. Она не захотела входить через парадную дверь, чтобы никого не беспокоить, и попыталась проникнуть в дом через черный ход, а это оказалось непросто, поскольку дверь оыла изнутри заставлена ящиками с вином. Филиппа из «Банкетов Филиппы» быстренько всучила ей чашку чая и препроводила наверх.
Хелен вошла в комнату, и по ее понурому виду Дейрдра с Анной сразу же поняли: что-то случилось. Анне хотелось надеяться, что они не станут обсуждать это прямо сейчас.
— Хелен, правда ведь мама выглядит потрясающе?! — воскликнула она.
— Не то слово, — покорно и рассеянно промямлила Хелен.
— Ас минуту на минуту прибудет Брендан.
— Он остановился здесь? — спросила Хелен.
— Нет, мы… ммм… подумали, что лучше будет, если он остановится у меня. Он сейчас одевается, я оставила ему ключ под цветочным горшком. У меня ему удобнее и к центру ближе…
— Чего ему в центре делать-то? Анна стиснула зубы:
— Мало ли что.
— Значит, он сегодня тут не будет спать?
— Да он бы и не… — начала было Дейрдра.
— Все равно в его комнате теперь папин кабинет, так что…
— В моей комнате тоже папин кабинет? — спросила Хелен.
— Нет, конечно же, нет. Почему ты спрашиваешь?
— Я подумала, не переночевать ли мне сегодня здесь, — сказала Хелен. — Если только я не помешаю.
Анна замерла на месте. Она боялась произнести хоть слово. Значит, Хелен решила уйти из своего монастыря. И намерена сообщить это всем именно теперь. За час до начала празднования серебряной свадьбы родителей. Взгляд Анны остановился на двух халатах, висевших на двери. Отцовский был с поясом в виде длинного шнура.
Может, взять этот шнур и задушить Хелен? Или это только усугубит положение?..
Приход Брендана избавил ее от необходимости разрешать этот вопрос. Он легко взбежал по лестнице, и сестры с матерью бросились ему навстречу. Они обратили внимание, какой он загорелый и здоровый. И красивый — в темно-синем пиджаке с иголочки, белоснежной рубашке и галстуке со скромным рисунком.
— Я выбрал галстук в серебристых тонах. Подумал, это будет кстати, — сказал он.
Глядя на своего единственного сына, Дейрдра Дойл сияла от гордости. Сегодня ей не придется краснеть и оправдываться за Брендана. Как бы он там ни жил у себя в глуши, по крайней мере, сегодня, в такой важный день, он оделся как следует. Он постарается произвести на гостей приятное впечатление, не будет ото всех шарахаться и брюзжать. На такое она и надеяться не смела.