— Это собор, — пояснил Зефир, — священное место людей, его построили очень давно. Я думаю, они сделали горгулий, чтобы отпугивать злых духов и демонов, о которых знают только люди. Но горгульи хорошо служат и нам. Птицы и животные опасаются приближаться к шпилю. Сотни лет мы используем это место как безопасное убежище, оно было для летучих мышей как бы почтовой станцией, помогало в путешествиях. Последние двадцать лет я являюсь Сторожем Шпиля.
— Вы здесь живете? — спросил Шейд.
— О да, круглый год.
— Тогда вы, наверное, видели мою мать, — заволновался Шейд. — Вместе с Фридой и всей колонией!
— Сереброкрылов я видел, — ответил альбинос. — Две ночи назад. Они оставались здесь недолго, только чтобы определить направление полета. — Говорил я тебе, это та самая башня, — торжествующе сказал Шейд Марине. — У них ничего не случилось? — спросил он Зефира.
— Ты детеныш, который отбился во время шторма?
Удивленный Шейд кивнул.
— Они сказали вам?
— Они думают, ты погиб.
Шейд почувствовал комок в горле. Бедная мама!
— Ладно, — сказал он, — я постараюсь догнать их. Вы знаете, каким путем они полетели?
— У тебя есть звуковая карта?
— Есть, но я не уверен, что все понимаю. Было бы намного проще, если бы кто-нибудь смог
объяснить, как сложить отдельные кусочки рассыпавшейся головоломки. Две ночи назад они были здесь. Он сильно отстал, нужно спешить. Шейд с надеждой посмотрел на Зефира:
— Если бы вы могли мне сказать…
— Боюсь, я ничем не могу тебе помочь. Свои звуковые карты колонии держат в большой тайне. Тебе это должно быть известно.
— Да, верно, — подтвердил Шейд, хотя не знал этого.
Альбинос нахмурился и перевел слепые глаза на Марину:
— Ты ведь не сереброкрыл? Я слышу, у тебя другая форма крыльев и шерсть другая — гуще, длиннее… Ты златокрыл, верно?
— Да, — сказала Марина, с удивлением переглянувшись с Шейдом. — Но я больше не принадлежу ни к какой колонии из-за…
— …из-за своего кольца, — закончил за нее Зефир, подняв голову. — Да, теперь я слышу… странный знак. Раньше я не слышал таких, как это.
— Вы видели другие кольца?
— Конечно. Можно? — Он протянул изогнутый коготь и дотронулся до кольца Марины. — Ты получила его недавно, так?
— Этой весной.
— Оно совсем другое, чем те, что я видел раньше.
Шейд с завистью посмотрел на Марину. Казалось, альбиносу интереснее разговаривать с ней, чем с ним.
— Вы знаете, для чего они? — спросила Марина.
— Это великая тайна, — сказал Зефир. — Это связывает тебя с людьми и…
— Фрида говорила, что это знак Обещания, — нетерпеливо перебил Шейд, но альбинос спокойно глянул на него затуманенными глазами, и Шейд смутился.
— Фрида много знает. Но я все же полагаю, что это больше, чем знак. Люди играют какую-то роль в том, что предсказывала Ноктюрна. Я верю, что они вернутся за теми летучими мышами, которых окольцевали. Они неспроста их отметили. Определенно люди собираются что-то дать им, но также я думаю, что они хотят от них что-то получить.
Шейд посмотрел на свое предплечье. Ничего. Никакого кольца. Почему его не выбрали? Когда он приведет Марину в свою колонию, она сразу же выделится изо всех. И все, что говорила ему Фрида о его исключительности, будет забыто. Шейд не хотел, чтобы его снова воспринимали как недомерка.
— А почему тогда многие летучие мыши боятся колец? — спросила Марина и рассказала Зефиру о златокрылах и серокрылах, которых они встретили по пути в город.
— Потому что они опасаются людей, — сказал Зефир. — Обычаи людей непостижимы, известно, что они нападали на летучих мышей, когда думали, что мы вредны, как злые духи. И я знаю точно, бывало, кольца убивали своих носителей. Потому ли, что сами кольца таковы или дело в природе летучих мышей, которые их боятся, никто не знает.
— У моего отца было кольцо, — сказал Шейд, — и он узнал о нем что-то важное, а потом…
— Он пропал этой весной на юге, я знаю, — сказал Зефир.
— Говорят, его убили совы. В колонии есть его друзья, может быть, они знают, куда он отправился.
— Ты знаешь, что ты ранен? — вдруг спросил Зефир.
Шейд внезапно ощутил боль в левом крыле. Внимательно рассмотрев его, он увидел на перепонке маленький прокол, из которого сочилась кровь, и почувствовал слабость.
— Какому-то голубю, видно, удалось клюнуть тебя.
— Удалось, — подтвердил Шейд вяло и добавил: — А откуда вы знаете, что это голубь?
— Хорошие уши, — сказал Зефир с легкой улыбкой. — Я слышу многое, что происходит в небе города. А сегодня ночью была ужасная суматоха. Визит посланника — событие из ряда вон выходящее. — И прежде чем Шейд начал задавать вопросы, продолжил: — Посмотрим, что можно сделать с твоей раной. Она, конечно, не очень серьезная, но тем не менее нуждается в лечении.
