Плотный кряжистый командир отряда с нашивками полусотника городской стражи вскинул в салюте широкий прямой меч.
Полусотник-то боевой, если судить по меченой шрамами физиономии, повезло ещё, что нос уцелел! Под бригандиной отличная кольчуга, да и меч не единожды побывал в деле.
Жан взметнул детский меч — подлиннее чем у Великого, Шарль даже завидует — и благосклонно кивнул, э т о т дрался всерьёз, пусть и в баронской дружине. Даниэль же попросту помахала в ответ, что с девчонки возьмёшь!
— Гастон из рода Клемен, — чинно представился полусотник.
— Не тяни кузина, они, кажется, не кусаются, — дружески посоветовал Жан.
— В отличие от тебя! — привычно огрызнулась девчонка. — Катрин из рода Декри, ветвь Томазо Волка, — спокойно сообщила красавица.
Командир отряда прикусил ус. Среди стражников послышалось перешёптывание.
— Эжен из рода Декри, — надменно бросил мальчишка, — иберийская ветвь.
— Что… куда…
— Куда вы направляетесь? — перехватил инициативу подросток.
— В Сухом Логе начали пошаливать болотные драконы. Мэр и велел нам устроить засаду, — обстоятельно разъяснил полусотник.
— И для этого четыре десятка?
— Ну… ещё налоги собрать. Так они скорее заплатят. А вы…
Жан досадливо отмахнулся.
— В паре лиг отсюда ватажники набросились на купеческий караван. Андре из рода Винсен, слышали о таком?
— Как же, помню, бывало, и выпивали вместе. Кажется из золотой гильдии.
— Серебряной, — поправил мальчишка. — Что нельзя обойтись без проверок?
— Да, торговец почтенный. Прошу прощения, ваша милость, сорвалось по привычке.
— Ребёнок не поймёт. Что вы все улыбаетесь? — подозрительно спросил мальчик. — Словом, мы едва ускользнули. Подробности по дороге, время не терпит.
— Будь нас чуток побольше… — Гастон оглянулся на свое воинство. Кое-кто подался назад.
— Ты о чём?
— В отряде два полных десятка из кожевенников, на беду немало семейных. Отбывают свою декаду, иначе, пожалуй, и не выразишься. Драться, верно, будут, если на нас нападут, — полуутвердительно протянул командир..
— Я кузену пожалуюсь! — звонко заявила девчонка.
— Кому?
— Гийому Бешеному, кому же ещё? Четвероюродный, но всё же кузен. Он вас всех забодает. Эй, кто хочет гоняться за ватажниками до конца лета? Половина быть может и выживет.
— Только не кожевенники, — проворчал полусотник. — эти и драконов боятся, что уж говорить о кольчужниках. Бронтозавры вы недорезанные, как изволит выражаться господин мэр. Слышали, что сказала высокородная? Кто желает под начало кольчужников, сразу возвращайтесь в Лаон. — Гастон выдержал паузу. — Ах, никто, даже странно как-то… И почтенные господа кожевенники?
— Не играй ты с нами, Гастон, мы всегда в первых рядах, — взмолился полноватый светловолосый парень.
— Так велел господин мэр. После вашей знаменитой атаки, баронет тогда изволил смеяться… Повезло ещё, что не обратился к барону. Я выделю вам эскорт, — полусотник поклонился в седле.
— Ты, кажется, не понял Гастон. Это я поведу вас в бой, Я, Эжен, из рода Декри, — с нажимом повторил мальчик. — По праву крови и чести.
— Храни нас Создательница… — раздалось за спиной полусотника.
— Что-о-о?! — Жан приподнялся в седле.
— И вас тоже, высокочтимый, — поправился кожевенник.
Жан придержал было Датчанку, и арбалетчики схватились за оружие, только отдай приказ…
— Когда, надо, тогда скажу, — успокоил стражников мальчик.
— Вы нам главное сказать не забудьте, — а уж мы… — пробасил дюжий плечистый крепыш с огромным арбалетом гвардейского образца. — Четверых ватажников уже упокоили, да спасутся эти многогрешные души!
— Не я а, вы, — рассеянно поправил подросток. — Всего троих, если по правде.
— Ну, четвёртый проживёт ровно до виселицы, — бодро отозвался крепыш. Он т а к о е после боя творил… — арбалетчик покосился на Даниэль, — только не при благородной девице.
Предсказательница согласно кивнула и в который раз оглянулась.
— Вы бы не маячили в голове колонны, благородный Эжен, — снова взмолился Гастон. — С меня наш герцог, случись вами что, последнюю шкуру спустит. Но сперва господин барон, да хранит его посох Создательницы! А о младшем баронете — да спасёт Богиня его многогрешную душу — даже мне вспоминать не хочется. Тринадцать едва исполнилось, а уже… — бравый полусотник поёжился. — Что вам попусту подставляться под бельты?
— Он ведь п-прав, Эжен, у меня давно зубы стучат, — поддержала полусотника предсказательница.
— Не выходит, Катрин, мне ватажников надо отлавливать. А за плотной стеной щитов… чего доброго пропущу дозор. — Жан направил Датчанку в промежуток между деревьями, там похоже что-то наклёвывается. Кто-то, если точнее. Не словить бы и впрямь стрелу… ну это навряд ли. Лучшие воины полусотни готовы прикрыть родича герцога. Собой, если совсем уж припрёт… он вообще-то, о ватажниках должен думать.
— Сюда! — зашептал подросток и едва заметным кивком указал на развесистый дуб.
— Не пустышка, высокочтимый? А то в прошлый раз… — тихонько засомневался Гастон.
Жан немедленно показал кулак и полусотник сделал знак стрелкам, сейчас возможно и выгорит.
