— Конечно! — передразнила юная прорицательница. — Все мальчишки одинаковы, в этом я давно убедилась.
— Но не всех избирает Единственная, — не остался в долгу Великий.
— Тоже верно, — сбавила тон девчонка. — Так вот, представь, что ма-а-аленький камешек легко, словно играючи, пробил нагрудную пластину кольчуги и вышел из спины, будто стрела тяжёлого арбалета. Против покрывала Тьмы заклинание слабовато, — неохотно призналась предсказательница. — Я надеялась сдержать серую тварь, пока не пробудится роща. А дальше… храни Создательница… да я в толк взять не могу, как ты вообще жив остался! Только слёзы глотала и молилась Создательнице, всё боялась тебя отвлечь.
— Может рука Единственной? — высказал предположение мальчик.
— Нет, Шарль, Богиня не вмешивалась, я бы сразу почувствовала. И роща здесь не при чём, она пробудилась в самом конце, — размышляла вслух прорицательница.
— Разве не проще спросить Единственную? — не удержался Шарль.
— Т е б е, наверное, проще, — завистливо протянула волшебница. — Прости, всё время забываю о твоём сане. Ой, чуть было не вылетело из головы! — Судя по звуку, девчонка хлопнула себя по лбу. — Мэр Гренобля послал тебе подкрепление. Две полных сотни конных арбалетчиков и пятнадцать девяток тяжёлой конницы. Наёмники и горожане вперемешку, так что можешь на них рассчитывать, никакой Жюстен не перекупит, как бы ни старался. Ратников провожает весь Гренобль, сегодняшний день объявили праздничным.
— Ты говорила с мэром? — осторожно поинтересовался Шарль.
— Нет, с его племянницей, — небрежно отозвалась девчонка. — Ох, и намучилась я с малышкой, она толком и разговаривать не умеет. Отвлекается, выворачивает слова на свой лад… Четыре раза повторила послание — мэр ублажал малышку конфетами, по одной за каждое слово — прежде чем я разобрала что к чему.
Великий благодарно кивнул. Если дело того потребует, девчонка вмиг передаст послание, достаточно сказать несколько слов.
