Консуэла, пригнувшись, пролезла под мордой первой вьючной лошади и взобралась в седло. Во рту она ощущала горечь, а руки, словно онемели. Разве этого она хотела? Разве такие были у нее планы?
— Ники, — тихим голосом обратилась она. — А с ними ничего не случится? На дорогу в город у нас уйдет полтора дня и на обратную дорогу столько же. Это три дня. Разве они продержатся без пищи, воды, а может быть, и без воздуха?
Спрашивая, она знала почти наверняка, что ответит ей Ник.
— Конечно же, нет.
Брайди, дрожа всем телом, припала к стене пещеры. Когда раздался взрыв, она закричала и продолжала кричать до тех пор, пока не стихли эти оглушительные, раскатисные звуки, от которых холодело все внутри.
Притянув девушку к себе, Таг с силой прижал ее к стене пещеры и закрыл своим телом. Он спрятал под своими ладонями ее уши, а она, уткнувшись лицом в его грудь, кричала, что было сил.
Но прошло несколько минут и отголоски взрыва постепенно улеглись, а с ними и крики Брайди. И вот в пещере установилась такая тишина, что отчетливо было слышно биение сердец обоих молодых людей.
Открыв глаза, девушка увидела у своих ног лампу, которая все так же горела, а вокруг висело облако пыли.
И только тогда, когда Таг протянул ей свой носовой платок, чтобы она могла закрыть им нос и рот, Брайди поняла, что кашляет.
— Оставайся здесь, — сказал Таггарт, прежде чем она успела спросить у него, что случилось.
С лампой в одной руке, и с киркой — в другой, он стал карабкаться по тому крутому и грязному склону, с которого они сюда спрыгнули.
Сквозь пелену еще не осевшей пыли, Брайди наблюдала за тем, как вонзая в землю острие кирки, Таг понемногу подтягивался вверх, с каждой минутой поднимаясь все выше и выше. С другой его руки свисала лампа, свет которой помогал девушке следить за его продвижением вверх.
И вот, наконец, он наверху.
— Я вернусь за тобой, Брайди, — крикнул Таггарт, преодолевая последние несколько дюймов ската, и растворился в темноте, унося с собой и свет.
Она принялась беззвучно молиться, вглядываясь, до боли в глазах, в кромешную темноту.
И вот, наконец, через несколько минут, показавшихся ей долгими часами, темноту прорезал луч света, принесший за собой и Тага. Он осторожно спустился вниз по склону, держа перед собой для равновесия кирку.
— Ну что?.. — Брайди нерешительно шагнула к нему.
— Мы замурованы, — ответил он.
«ЭТО НАКАЗАНИЕ БОЖИЕ, — подумала она. — Он ниспосылает смерть мне и Тагу».
— Прости, — прошептала она чуть слышно.
Почему ты просишь прощения? — спросил он, не глядя на девушку, так как обходил тот пятачок, где они стояли, освещая себе путь лампой.
— Нет, нет, не обращай на меня внимание, — поспешила ответить Брайди. — Мы сможем выбраться отсюда?
Его взгляд был устремлен в дальний конец пещеры.
— Для этого нам придется разобрать завал футов в двадцать, не меньше.
Брайди не понимала, как Таггарт мог оставаться таким спокойным. Казалось, он даже нисколько не огорчился. И вообще, его лицо было совершенно бесстрастным.
А вот у нее от страха и безысходности подкашивались ноги.
— Значит, нам остается только одно: умереть тут, да? Умереть в этой кромешной темноте?
— Подожди меня здесь, — произнес он решительным голосом. — Я должен все осмотреть в этой пещере.
Но не успел он сделать и трех шагов, унося с собой лампу, как в голову девушки пришла самая ужасная, исполненная страха и отчаяния, мысль.
— Ты хочешь бросить меня здесь на произвол судьбы, да? И прибрать к рукам серебро тетушки Мойры? — Голос ее звучал все громче и громче. Его подхватило гулкое эхо и превратило в жуткие, леденящие кровь, вопли. Но остановиться Брайди уже не могла. — Я знала, что ты хочешь сделать меня очередной своей проституткой. И как бы я ни сопротивлялась, ты добился своего! Но убить меня ты не сможешь, ты не сможешь бросить меня здесь, ты…
Не в силах больше выслушивать эту обличительную тираду, Таггарт с силой ударил девушку по лицу. Пошатнувшись, она прижала руку к щеке, удивленно глядя на него мокрыми от слез глазами. Чувствуя, что земля начинает уходить у нее из-под ног, Брайди стала медленно оседать и, наконец, упала. Она припала к земле и подумала, что сейчас он вонзит ей кирку в сердце. Или размозжит череп.
Но вместо этого, он опустился рядом с ней на колени и приподнял ее за плечи. Брайди хотела было вырваться, но Таг крепко прижал ее к себе.
— Прости меня, прости, — шептал он. — Я знаю, ты говорила все это в горячке, ты совсем не думала, что говорила. Брайди, ты просто испугана, охвачена паникой. Я не хотел ударить тебя, я… — Он повернул к себе лицо девушки. — С тобой все в порядке? Я очень больно ударил тебя?
Брайди потрогала свою челюсть, но серьезных повреждений не обнаружила. Вот только щека ее горела огнем.
— Конечно, больно, идиот, — огрызнулась она.
Таггарт встал, поднимая с собой и девушку.