- Расскажите нам все, - предложил наконец Чепин. -Тогда вас будут судить, и появится хоть какой-то шанс.
- Если я признаюсь? - В голосе Букера звучала искренняя горечь. - И какой же шанс у меня появится?
- Прожить несколько лишних недель, - грубо сказал я. - А каковы ваши шансы сейчас?
- Мне не в чем сознаваться, - заявил Букер, вжимаясь в спинку стула. Макларена убил Морган Парк.
Уилл Тарп встал на ноги.
- Вы пригласили меня засвидетельствовать акт заключения мира. "Боксед-М", "Ту-Бар" и "Си-Пи" согласны покончить с войной, так?
Мы все согласились, и он удовлетворенно кивнул.
- Прекрасно... А теперь у меня есть кое-какие дела на севере графства. Я вернусь через три дня.
Букеру понадобилась минута, чтобы понять, в каком положении он оказался. Он огляделся, быстро переводя взгляд с одного на другого. Человек, стоявший у него за спиной, переступил с ноги на ногу; скрипнула доска.
Кей Чепин встал и протянул руку Кеневейлу.
- Рад был помочь вам перейти через улицу, Кеневейл. - Он повернулся к Мойре. - Пойдемте?
Она встала; Джим Пиндер, криво улыбаясь, последовал ее примеру. Кэти О'Хара исчезла в глубине кухни.
Джейк Букер затравленно озирался. Перед ним, ухмыляясь, стоял Том Фокс, а за ним - остальные ковбои с "Боксед-М". Еще один с запасной лошадью в поводу ожидал их за дверью.
- Подождите!
Букер вскочил. Он был мертвенно бледен и выглядел ужасно.
- Вы не можете так поступить, Тарп! Вы не можете оставить меня здесь!
- А почему бы и нет? У меня же нет к вам никаких претензий.
- Но... но суд? Как же суд?
Тарп пожал плечами.
- Какой суд? У нас нет достаточно доказательств, чтобы задержать вас. Вы сами заявили об этом. - Шериф отвернулся. - Теперь ваши дела меня не касаются, Букер.
Фокс вытащил револьвер. Парень с "Боксед-М", стоявший за спиной Букера, внезапно схватил его за плечи. Я отступил, опустив руки.
- Подождите минуту! Тарп!..
Шериф уже вышел, однако еще придерживал дверь открытой остальные столпились на дорожке возле него.
- Тарп! Это сделал я. Я буду говорить...
На столе лежал листок, на котором Кэти О'Хара написала меню. Я перевернул его, положив рядом перо и чернильницу.
- Пишите.
- Хорошо, - покорно согласился он.
Ковбой убрал руки с плеч Букера, и адвокат сел свободнее. Тарп вернулся в комнату. Стоя вокруг, мы ждали, а перо монотонно скрипело по бумаге.
В дверях появился Джолли Бенара.
- Боди Миллер уехал, - сообщил он. - Покинул город.
Мойра все еще стояла на дорожке. Остальные мало-помалу разошлись. Я тоже вышел.
- Возвращаетесь на "Ту-Бар"? - спросила она.
- Даже убийца должен иметь дом.
Мойра быстро подняла глаза.
- Не поминайте мне этого, Мэтт.
- Но ведь вы сказали то, что думали, правда?
Я начал вставлять ногу в стремя, но остановился - Мойра слишком напоминала сейчас маленькую, только что несправедливо наказанную девочку.
- Начали собирать приданое? - поинтересовался я.
- Да, но...
Неожиданно мы оба рассмеялись и принялись хохотать, как одержимые, а потом я поцеловал ее - прямо там, на улице, где нас мог видеть весь Хеттен-Пойнт. Люди проходили по улице, стояли на порогах салунов и лавок - и улыбались нам. И тогда я поцеловал ее еще раз.
Потом я отпустил Мойру и вскочил в седло.
- Я вернусь завтра, в полдень, - пообещал я и с этими словами в очередной раз покинул Хеттен-Пойнт.
Глава 24
Случалось ли вам когда-нибудь чувствовать себя настолько хорошо, что весь мир представлялся одним гигантским, только вам принадлежащим яблоком? Я ощущал себя именно так.
Тучные пастбища поросли сочной травой, в речках и ручьях бежала прозрачная, чистая вода, а в моем доме скоро появится женщина, способная превратить постройку в настоящий дом. В пороховом дыму сражений я возвел эти стены и завоевал жену. Отныне весь мир принадлежал мне.
Морган Парк погиб. Всю жизнь он сеял вокруг себя насилие и умер насильственной смертью от руки человека, которого ударил, привычно не считаясь ни с чем, надеясь, что и на этот раз его выручат жестокость и животная сила. Да только апач, упав на землю, сумел все-таки выстрелить, и пуля разнесла Парку череп.
Путь вел меня теперь к дому, где я должен был приготовить все к появлению Мойры, позаботиться о лошадях в коррале и привести себя в достойный вид, чтобы завтра появиться в городе уже в качестве жениха.
Огибая мезу, ведшая на "Ту-Бар" тропа выходила на обширное плоскогорье; вдали я мог видеть вершины бесплодных холмов, лежащих за сухой мезой.
Из-под куста выскочил и умчался в заросли полыни кролик. Потом тропа нырнула в поросшую можжевельником низину. И там на самой середине дороги стоял Боди Миллер,
Он смеялся, держа руки на бедрах, а в глазах прыгали чертики. На обочине, держа под уздцы лошадей, стоял его рыжий приятель.
Нестриженые волосы Миллера падали на воротник рубашки. Темные волоски, пробивавшиеся в углах губ, казалось, стали еще длиннее и чернее. Но два револьвера в подхваченных сыромятными ремешками кобурах отнюдь не производили впечатления игрушечных.
- Жаль, жаль убивать великого человека, когда он пребывает на вершине блаженства, - издевательски проговорил Миллер.
