Того мешком свалили в угол на подстилку, развязав морду и даже не потрудившись обработать раны. Ник сглотнул, оглядев сильное поджарое тело зверя, отдельно остановив взгляд на мощных челюстях. Снотворное, которым его напичкали, очевидно, еще действовало, поэтому юноша с предельной осторожностью просунул руки сквозь прутья, чтобы в первом приближении осмотреть переломанные лапы. В тот же миг на его запястье сомкнулись острые зубы.
Ник заворожено смотрел в глаза зверю, медлившему неизвестно от чего. Сильные челюсти не выпускали руку, но и не причиняли боли, как будто волк решал, что делать с глупцом, так неосмотрительно попавшемуся ему на зуб.
- Рана… - зачем-то произнес Ник, привыкший объяснять псам и лошадям свои действия. – Я только осмотрю и перевяжу. Пожалуйста…
Секунды тянулись словно маленькие вечности и неожиданно волк разжал зубы, выпуская свою добычу. Ник, не веря своему счастью, резко подался назад, неловко повалившись на спину и прижимая к груди спасенную руку. Затем подскочил на ноги и бросился прочь, гонимый поднявшимся страхом подальше от опасного зверя. У самого порога, он неожиданно затормозил, осознав всю странность случившегося, и обернулся. Волк не сдвинулся с места и осторожно вылизывал пораненную лапу. Ник, зажмурился, чувствуя острую жалость, а затем медленно, на ватных ногах, подошел к клетке и опустился на колени, снова вглядываясь в глаза зверю, стараясь понять, насколько велика опасность. По спине прошел холодок, однако юноша взял себя в руки, вспоминая, что волк все же не тронул его. Это было удивительно и невероятно. Хотя то, что собирался сделать он сам, было не менее странно.
- Прости, - мягко произнес парень, осторожно просовывая руки в клетку. – Я сейчас помогу, не бойся.
Сердце бешено стучало, грозя сломать ребра. Ник едва сдерживался, чтобы не отскочить подальше, но усилием воли заставил себя остаться на месте и продолжать. Волк не двинулся, когда парень бережно взял его за лапу, прощупывая повреждения, и лишь глухо зарычал от боли.
- Сломана, - пробормотал Ник. – Надо обработать и зафиксировать. Странно, но ткани живые и даже не началось обморожение. Да и…
Юноша замолчал, поняв, что повреждения совсем не такие страшные, как должны были остаться от капкана, а затем поднял взгляд, встретившись с желтыми внимательными глазами, в которых светилось нечто такое, от чего Нику стало не по себе. Он с трудом задавил в себе панику и, потянувшись к принесенным заранее плошке с водой и чистому тряпью, подтащил их ближе, а затем начал осторожно смывать грязь и кровь с раны, которой практически уже и не было.
- Да кто же ты? – изумленно пробормотал парень, не веря своим глазам. – А что с задней лапой?
Волк демонстративно отвернул морду в сторону, и Нику ничего не оставалось, как завершить начатое, зафиксировав поврежденное место плотной повязкой.
- Если на тебе все так заживает, то через неделю ты будешь уже готов к боям, - неохотно признал парень, а затем, повинуясь странному неосознанному порыву, осторожно погладил зверя по морде. – Жаль… может, пройди чуть больше времени, Ларри оставил бы эту идиотскую идею.
Юноша сел на землю, привалившись спиной к прутьям.
- Не видать мне тогда дома и кредита, ну да и Бог с ним. Зато тебя бы отпустили… Хотя, скорее просто пристрелили бы за ненадобностью. Надо же, додумался – выставлять волка на боях. Всякую совесть…
- Это ты что там бормочешь, мальчишка? – пророкотал не слишком трезвый голос, и Ник подскочил на ноги, инстинктивно вжавшись спиной в прутья. Найджел, покачиваясь, вошел в сарай. – Это ты про хозяина своего так?!
Юноша молчал, понимая, что каждое слово только еще больше разозлит пьяного. Улучив момент, он попытался дать деру, проскользнув у него под рукой, однако Найджел неожиданно ловко ухватил его за плечо и отбросил обратно к клетке. Юноша не удержался на ногах и упал, больно ударившись головой о прутья, и в ту же секунду на его горле стальными тисками сжались сильные пальцы.
- Я научу тебя вежливости, щенок! – лицо обдало удушающим перегаром. – Ты запомнишь, как надо… Черт!
Найджел с воплем отпрянул назад, с удивлением уставившись на окровавленные пальцы. Ник, шатаясь, поднялся на ноги и оглянулся. В клетке, глухо рыча и скалясь, стоял ощерившийся волк, поджав под себя переднюю перевязанную лапу. Его уши были плотно прижаты к голове, выдавая крайнюю степень ярости, а глаза сияли таким огнем, что юноша невольно попятился назад, напуганный силой, волнами исходящей от зверя. Найджел грязно выругался, шагнул было к клетке, но внезапно передумал, не хуже Ника ощутив опасность.
- Твоя обязанность вылечить эту тварь, - бросил он издалека, - а не чесать языком. И запомни: случится что-то с ним – спросят с тебя, Никки. И очень серьезно спросят.
Сплюнув на пол, Найджел направился к выходу, считая, что достаточно проучил юнца, которого всегда терпеть не мог. Едва за ним закрылась дверь, Ник снова подошел к клетке и, уже без страха, просунул внутрь руки, с восторгом ощущая, как в ладони утыкается влажный нос.
